SITE LOGO
Пятница, 24-Ноя-2017, 04:53
Приветствую Вас Человек | RSS
 
Главная Рассказы - ФорумРегистрацияВход
[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 1 из 212»
Форум » Творчество » Фанфикшн » Рассказы (Сочинения на тему Сверхъестественного)
Рассказы
IBlakCatДата: Среда, 08-Апр-2009, 14:59 | Сообщение # 1
Призрак
Группа: Охотники
Сообщений: 396
Статус:
Позвольте мне быть первой и выложить свой рассказ "Фотография", ранее здесь уже присутствовавший, в, теперь уже законченном варианте.

Фотография (R: Дин/Сэм/Энди/немного Джон и Лиза Мария)
Фандом: Supernatural
Название: Фотография
Автор: IrinkaBlakCat
Бэта: Anneke
EMAIL: i.saveleva@list.ru
Рейтинг: на всякий случай R
Жанр: Драма
Спойлеры: после 2.22, ну и все остальные понемногу
А/N: Винчестеры в чисто мужской компании? А что если в их семье появится девчонка? и при весьма странных обстоятельствах. Ведь Джон не стал монахом после смерти Мери…
Предупреждение: И Кровь и Слезы и немного Любви. Нескрываемая боль и страдания как физические, так и душевные.
Дисклеймер: Дин, Сэм, Джон и импала принадлежат великому Крипке, идея тоже. Девченка мое больное воображение.
Статус: Закончен
От Автора: Судите строго, но справедливо.
Найдете ошибки, не стесняйтесь, тычьте носом.
Выкладываю все сразу. Без комментов умру!

Глава 1
Дин возвращался усталый и злой, уже почти месяц они не могли найти ничего сверхъестественного. Много нечисти вырвалось на свободу в ночь, когда открылись врата и они с братом были готовы к бесконечной охоте, но демоны, как будто избегали их. День за днем они объезжали окрестности ковбойского кладбища, с каждым разом расширяя круг и - ничего. Это напоминало затишье перед бурей и несмотря на отсутствие работы братья не давали себе передышки. После целой недели, проведенной в машине, Дин, уступив нытью младшего, наконец, решил остановиться и снять дом. Они уже довольно далеко уехали от врат, но не встретили даже самого захудалого демона. Старший Винчестер продолжал колесить по окрестностям в бесплодных поисках, а Сэм, уткнувшись в лэптоп, изучал прессу. Аномалий не было, твари затаились.
Дин вылез из машины и с размаху хлопнул дверью.
- Прости малышка, – пробормотал Дин себе под нос. – Сама понимаешь…
Сэм сидел на крыльце. Они заняли заброшенный дом, принадлежащий хозяину городской гостиницы. Братьям он подходил идеально. Дом находился на окраине, вдалеке от магистралей, к нему вела только одна дорога, со стороны города. Вокруг располагались поля, кажется, тоже заброшенные. Была ещё старая дорога через поле, но она давно была закрыта и заканчивалась, не доходя до опушки леса, находящегося с задней стороны дома, примерно на расстоянии мили. Глядя на потертую одежду и измученный вид братьев, хозяин вместо оплаты, взял с них обещание кое-чего подремонтировать. Дом был старый, но вполне пригодный для жилья, подлатали крышу, починили трубы и укрепили крыльцо.
- Нашел что-нибудь? – Сэм поднял голову, он выглядел усталым.
- Попрятались твари. Никаких признаков нечисти, как будто ничего и не случилось, – Дин опустился рядом. – А у тебя что?
- Никаких природных аномалий, смерчей, землетрясений… - Сэм помолчал. – Но кое-что я нашел… Точнее, оно само нашлось. – Сэм изобразил подобие улыбки.
Дин встрепенулся, глаза загорелись, весь его вид говорил: «готов выдвинуться прямо сейчас».
- Но это не то о чем ты подумал, – продолжил Сэм поднимаясь в дом.
Дин вопросительно посмотрел на Сэма.
-Пойдем, покажу, – младший вздохнул. Брат должен увидеть его находку и сказать, что делать с ней дальше.
В доме было всего три комнаты: спальня, кухня и гостиная. Из мебели только кровать, продавленный диван, кухонный стол и пара стульев.
Из спальни донеслись негромкие стоны.
- Вот черт! – вырвалось у Сэма, и он помчался в комнату, Дин за ним. Сэм нагнулся над кроватью, потом повернулся к брату и отошел, пропуская его. Дин замер.
На узкой кровати лежала девушка. Хрупкая фигура отчетливо проступала под простыней. Глаза были закрыты, длинные ресницы оттеняли бледное лицо. Капельки пота выступали на лбу и волосы… её волосы были совершенно белыми. Нет, судя по темным трепетавшим ресницам, блондинкой она не была, но её волосы... Он вопросительно посмотрел на Сэма, но тот не успел ничего ответить. Девушка громко застонала. На покрывающей её простыне, начали проступать алые пятна.
- Поможешь? – Сэм доставал из аптечки бинты, иголки, нитки, и мази. Дин откинул простыню и присвистнул, его поразило то, что на крошечном теле почти не было живого места, кукольное лицо выражало нечеловеческую боль. Пока Сэм готовил иголки и нитки, Дин разрезал, намокшие от крови бинты. «Полный набор»- подумал Дин, он осторожно снимал повязки и ощупывал раны. Плечо вывихнуто, его буквально выдернули, как будто пытались оторвать руку, сломаны четыре ребра, и рана на животе выглядела ужасно… - «Из дробовика, но стреляли с дальнего расстояния. Чуть ближе - и девчонку на куски бы разорвало». Дробинки пробили кожу и застряли внутри, их ещё предстояло вынуть, множество синяков и ушибов. В довершение картины, слева, между ребрами, торчала рукоятка ножа, «а вот это уже совсем плохо», на ней были выгравированы магические символы.
- Я не стал его трогать до твоего прихода, – ответил Сэм, на молчаливый вопрос брата .
- Оставил на сладкое? – усмехнулся Дин, обдумывая с чего лучше начать. «Как будто через мясорубку пропустили». Девушка казалась сломанной куклой, которую второпях ребенок бросил на кровать и если бы не прерывистое дыхание и иногда доносившиеся слабые стоны, сходство было бы полным. Дин полностью освободил её от повязок и протер влажным полотенцем, когда остатки крови были смыты, он не мог не заметить нежную тонкую кожу. «Теперь останутся некрасивые шрамы. И кто мог так ее изуродовать?».
- Сэмми иди сюда. Помоги снять с неё джинсы.
- Зачем? Мне кажется, там все нормально, крови нет. – Сэм бросил быстрый взгляд на ноги девушки, а потом на Дина.
- Хочу посмотреть, нет ли переломов или вывихов.
Сэм пожал плечами и начал аккуратно стаскивать штаны с девушки.
Дин осмотрел её ноги, только несколько ушибов, но не серьезных.
- Подержи её, нужно вправить плечо, и хорошо бы закончить все пока она без сознания, иначе будет болевой шок. - Сэм приподнял раненую и обнял ее, слегка прижимая к себе, удерживая в сидячем положении и давя возможность Дину вправить плечо.
Дин резко дернул и плечо встало на место, девушка закричала и забилась в руках Сэма, но в сознание не вернулась, Сэм аккуратно уложил её обратно на подушку.
«Дробь или нож?», - на секунду задумался Дин, и то и другое было опасно трогать. Но с ножом в боку и дробью в животе они её тоже оставить не могли. Он посмотрел на рукоятку «ну на сладкое, так на сладкое» и принялся за дробинки, насчитал двенадцать ранок. «Значит, стреляли дважды. Кто же ты, девочка?». Одиннадцать нашлись сразу, они застряли неглубоко, а вот последнюю даже не было видно, но, немного повозившись, Дин достал и её. На всякий случай побрызгал на рану святой водой, реакции не последовало, затем настала очередь антисептика и иголки с ниткой. Старший Винчестер старался, чтобы швы выглядели аккуратными. Он пытался унять дрожь в руках и ногах, пот тек по спине от напряжения. «Совсем ребенок!». В голове бушевал рой вопросов «Кто мог так поступить с беззащитной девушкой? Почему? За что? Как она сюда добралась и почему лежит у них в доме? Почему не поехала в больницу?», но Дин знал – сначала дело, потом вопросы (сначала стреляй, потом спрашивай), (Спасибо Джон!).
- Так теперь нож, это будет сложнее. – Уже вслух произнес он ни к кому конкретно не обращаясь.
Взявшись за рукоять, потянул, осторожно, медленно, но она была скользкая от крови, и рука сорвалась, толкнув нож ещё глубже. Глаза незнакомки открылись, и она схватила Дина за руку, но ресницы тут же опустились, рука безвольно упала на кровать. Дин потер запястье, на нем остались следы от её маленьких, но удивительно сильны пальцев.
- Дин, кажется, она не дышит.
«Я бы тоже не захотел дышать со сломанными ребрами и ножом около сердца». – Про себя ответил Дин.
Сэм дотронулся до шеи.
– Пульс есть.
Дин одним резким движением вытащил нож, зажимая рану рукой. Затем несколько раз вдохнул воздух в её легкие, заставляя их работать. После третьего вдоха, она начала дышать сама, судорожно ловя воздух. Кровь из открытой раны залила руки Дина.
- Подержи здесь. – Он убрал руки и отошел, пропуская брата. Сэм пережал рану сильнее. Старший достал свой нож и начал нагревать кончик зажигалкой.
- Что ты собираешься делать? – Сэм посмотрел на брата огромными глазами, надеясь, что тот не подтвердит ужасную догадку.
- Можешь предложить другой вариант? – переспросил Дин – Кровь нужно остановить и сделать это очень быстро. Подержи ее.
Сэм стиснул тонкие плечи девушки и отвернулся не в силах смотреть на то, что должно было произойти.
Дин поднес раскаленный кончик ножа к ране и двумя быстрыми уверенными движениями прислонил его к кроям пореза. Казалось ее крик, перешедший в сдавленный стон, должны были услышать в соседних штатах. Сэм побледнел, он отчаянно боролся с тошнотой, запах опаленной кожи, заставлял желудок подниматься к горлу. Дин брызнул на рану святой водой, снова ничего.
Усталость захлестнула неожиданной волной, но Дин собрал остатки воли и начал аккуратно зашивать рану. Потом он ещё раз все проверил и полил антисептиком. Он наложил повязку на живот, туго перетянул сломанные ребра и рану от ножа, зафиксировал поврежденное плечо. Дин казался спокойным, но младший брат знал, что после того, как он закончит дело, последует неминуемый взрыв и весь гнев обрушиться на Сэма. Он был к этому готов и готов был все объяснить.
- Теперь дай ей вот это, – Дин протянул Сэму таблетки. – И мы закончили.
- Эй, малышка, ты слышишь меня? – Сэм наклонился к самому уху девушки. Ему пришлось позвать ее несколько раз, прежде чем, не открывая глаза, она еле заметно кивнула. – Надо это выпить, – опять кивок. Сэм положил ей в рот две таблетки обезболивающего и налил немного воды. Она проглотила.
- Пить, – одними губами, звука не было совсем. – Пожалуйста.
- Пока нельзя, детка, потерпи немного, тебе надо поспать, набираться сил. – Сэм сидел на кровати рядом с ней и шептал что-то успокаивающее. Скоро она уснула.
Дин поднялся и вышел из дома, сердце его разрывалось, Сэм поплелся за ним.
- Черт, Сэм, ЧЕРТ! Какого хрена ты здесь устроил? Она же совсем ребенок. Почему ты не отвез её в больницу и где вообще ты её нашел? Почему притащил в наш дом? – Старший Винчестер в ярости сжимал и разжимал кулаки. - Боже, я вытаскивал нож из девчонки. Я чуть не убил её! – Дин посмотрел на свои руки, все ещё в крови.
- Ты её спас, – тихо сказал Сэм, но Дин его не слышал.
- Да в ней крови всего ничего, а сколько она её потеряла? – Дин бушевал ещё несколько минут, обрушивая свой страх и гнев на Сэма, но тот лишь терпеливо ждал.
- Почему Сэм? - Дин успокоился и тяжело опустился на крыльцо. Напряжение последних нескольких часов спадало.
- Потому, что вот это было у нее в руке, когда я вытащил ее из машины. – Сэм протянул Дину кусочек картона, он был весь в крови. Это была фотография… фотография Джона Винчестера.

***
Дин уставился на фотографию, так выглядел отец лет двадцать назад и, несомненно, это был он. Все мысли будто выбило из головы. Постепенно, он начал приходить в себя, вопросы роем пронеслись в голове, но сосредоточиться было трудно.
- Она что-нибудь говорила? – Дин положил фото между ними.
- Нет. Когда я нашел ее, она была без сознания, а остальное ты видел.
- Где ты ее нашел?
- Я услышал шум подъезжающей машины, это была не импала, я выглянул в окно и увидел большой черный джип с тонированными стеклами. « Не к добру», - подумал я. Машина остановилась, но из нее никто не выходил, и мотор не глушили. Я еще немного подождал и решил проверить… – Воспоминания все еще заставляли содрогнуться.
Сэм вылез в окно и постарался подобраться к машине сзади, с мертвой зоны зеркал заднего вида. Немного подождал. Тишина. Он пробрался к водительской двери и резко распахнул ее. То, что он увидел, поразило его. На руле лежала девушка. Казалось, она заснула, но сиденье под ней было мокрым от крови. Сэм тронул девушку за плечо. Она не шевелилась.
- Она была без сознания. Я проверил пульс, он был очень слабым, но он был. Я взял ее на руки и отнес в дом, положил на кровать и перевязал раны…
Сэм закрыл глаза, и в тот же миг картина предстала перед глазами: на кровати перед ним лежала девушка, он должен ей помочь, но не знал как. Он уже привык вдеть таким сначала Джона, а потом Дина, иногда себя, но тоненькая израненная фигурка вызывала в нем ужас. Да, он не раз латал Дина, особенно в последнее время, когда Дин смирился со своей участью и почти с радостью бросался в схватки, стараясь прикрыть собой брата. Но то, что он видел перед собой сейчас, выбивало его из колеи настолько, что он решил дождаться старшего, даже ценой ее жизни. В Дине он не сомневался ни на минуту. «Придет большой брат и сделает все как надо». Перевязав раны, младший вышел на улицу. «Ну где же ты, Дин?».
– Остальное ты знаешь. – Закончил Сэм.
- Где ее машина?
Сэм показал в сторону заброшенной дороги и Дин увидел машину чудовищных размеров. Черный тонированный «Tacho», казался величиной в половину дома. «Еще одно сочетание несочетаемого», - подумал Дин. - «Или у малышки комплекс».
- Ты уверен, что она приехала оттуда? Дорога там закрыта, кроме полей ничего нет. – Дин посмотрел в сторону заброшенной дороги, на которую указал Сэм
- Конечно, я же видел.
- Возвращайся в дом, а я пойду, осмотрю машину, может, чего накопаю, посмотри как там наша подопечная, её нельзя надолго оставлять.- Дин поднялся и направился к джипу.
Он обошел машину со всех сторон и открыл дверь. Капли засохшей крови были даже на потолке. На пассажирском сиденье лежал револьвер, барабан был пуст. Под сиденьем был спрятан огромный охотничий нож, так, что торчала только рукоятка, «удобно». В бардачке нашлись права и удостоверение лесного надзора на имя Лизы Маркус, но, открыв потайную стенку, Дин обнаружил еще несколько удостоверений на разные имена. На заднем сидении лежал маленький розовый лэптоп, а задняя полка представляла собой склад мягких игрушек. «Девчонка!». Осматривая багажник, под двойным полом Дин обнаружил ящик забитый оружием и разрисованный защитными символами, он утвердился в своих догадках. Больше ничего «не обычного» не было, забрав лэптоп и аптечку, Дин вернулся в дом.
- Узнал что-нибудь? – Сэм сидел в кресле, которое перетащил из гостиной и поставил рядом с кроватью
- Она охотник. – Ответил Дин. Сэм округлил глаза. – Машина упакована, покруче, чем наша.
Дин кинул брату на колени аптечку из машины незнакомки. Это была внушительных размеров сумка.
- Ничего себе, – присвистнул Сэм, покопавшись в ней. – Надо будет взять пример, в практичности ей не откажешь.
- Она не местная, я нашел у нее несколько странных амулетов и символов, уверен, никто из наших знакомых не использует такие. И ещё вот это, – Дин протянул брату лэптоп.
Они с интересом посмотрели на девушку.
- Возможно, ей понадобилась помощь, и кто-нибудь из старых друзей посоветовал найти отца, – предположил Сэм. Дин промолчал не отрывая глаз от еле заметно поднимающегося и опускающегося одеяла. «Да, нам будет о чем поговорить, когда ты очнешься».
Они решили дежурить по очереди и утром отвезти девушку в больницу, раны были слишком серьезными.
Сэм остался первым, а Дин устроился на диване в гостиной. Сэм опустился в кресло и сидел, рассматривая пострадавшую. « На вид не больше шестнадцати». Он заметил слабое движение губ и наклонился к ней.
- Помогите, – прошептала она, ресницы дрогнули, но глаза оставались закрытыми.
- Конечно, мы поможем, успокойся. Все будет хорошо, – зашептал Сэм успокаивая ее и взяв осторожно за руку. От прикосновения она распахнула глаза и вцепилась в его руку.
- Пожалуйста, отпустите меня мне больно, – девушка зашевелилась, Сэм от неожиданности отдернул руку и позвал Дина.
- Дин сюда скорее, кажется у нас проблемы, – Дин подошел к кровати и склонился рядом с Сэмом. Девушка металась в постели и даже вдвоем они с трудом могли удержать ее.
«Жарко… Очень жарко и больно… А теперь холодно и больно… Ошеломляюще больно… Боль, всепоглощающая, жестокая, разрывающая на части опутала как паутина, держала на грани сознания, иногда мерещились силуэты и тени, но всегда ускользали, при попытке разглядеть их. А потом прикосновение, оно было реальным и возвращало в реальность, и даже можно попытаться просить о помощи, но рука разжалась и будто опять швырнули на раскаленную сковородку. И когда казалось, что сил больше нет, этого не выдержать, накрывала новая волна боли, не давая расслабиться ни на минуту. «А может я уже умерла и попала в ад?» Заплакать, но слез нет. Стена огня отгородила реальность, как будто сжигали изнутри, каждая клеточка взрывалась острой болью, тело протыкали раскаленными прутами. Хотелось пить, боже как хотелось пить, за глоток воды можно отдать, что угодно, все на свете. Но уже ничего не осталось. Только жизнь, да и та больше тебе не принадлежит. Нужно встать, идти дальше, бороться, но кто-то крепко держал за плечи не давая подняться. Остатки сознания растворялись в бесконечной боли».
Прошло около часа или несколько часов, они не могли сказать точно.
- Что мы еще можем сделать? – нервно спросил Дин.
- Ничего. – Сэм в очередной раз вытряхнул аптечку. – Мы сделали все, что могли. Будем ждать.
- Ненавижу это слово, – огрызнулся Дин. – И ждать ненавижу!
Сэм видел, как тяжело брату. На его глазах умирал человек, а он ничего не мог сделать. Младшему было это знакомо. Сколько раз он в больницах, также ждал Дина, дни и ночи проводя у его кровати, зная, что все, чем он может помочь, это просто быть рядом и держать за руку или даже обнимать, прижимать к себе искалеченное тело брата. И плакать от безысходности, пока старший этого не видит.
Девушке становилось все хуже. Раздирающие сознание крики, наполненные агонией, разрывали души братьев, обнажая их. Разрушая защитные стены, заставляя видеть и сознавать то, что они тщательно прятали друг от друга, скрывая за насмешками и нападками.
Много раз они оказывались в таком же безнадежном положении, умирая на руках, друг у друга, но никогда не показывали, что они чувствовали на самом деле, подавляя боль и пряча страх. Каждый раз повторяя как молитву : «Только держись, только не умирай. Все будет хорошо». Это было традицией, неуязвимый Дин, глушащий любую боль, и счастливчик Сэм, отделывающийся лишь царапинами. Они как будто смотрели на себя со стороны. Сэм осознавал, что приходилось преодолевать брату, когда он ранен и был ему благодарен, за вечную ухмылку, пусть порой и кривую от боли, и «Со мной все хорошо, Сэмми. Как ты?» и «Эй, я сам. Личное пространство, чувак». Он поднимался, даже когда по всем законам, это считалось невозможным. И теперь Сэм мог увидеть, что чувствовал Дин на самом деле, и это приводило его в ужас.
Дин смотрел на изможденную фигурку и думал о том, что приходилось переживать Сэму, когда он вот так же лежал где-нибудь раненый после очередной схватки. Еле живой и беспомощный, хватающийся за жизнь. Вот что видел Сэм, когда, Дин уже не мог контролировать боль. Это должно быть чертовски страшно видеть старшего братишку в таком состоянии. Смотреть на него и не знать выживет ли. Этот страх он сейчас мог видеть наяву, не смазанный его бессознательным состоянием, сейчас умирал другой человек, но боль была той же. Дин всегда чувствовал присутствие Сэма, его поддержку и руку на своем плече. Он был тем единственным, ради чего Дин всегда возвращался.
Они сидели молча, каждый погруженный в свои мысли. Было странно смотреть на незнакомку и видеть себя. Они встретились глазами и тут же отвели их. Тяжело было смотреть прямо в неприкрытую душу.
Выбившись из сил, девушка только слабо стона, боль не ослабевала, тело было объято пламенем, сознание тонким лучиком пыталось пробиться сквозь темноту беспамятства. В первый раз в жизни она действительно хотела умереть, но не могла себе этого позволить. У нее еще остались дела, и она должна их закончить.

Добавлено (08.04.2009, 13:53)
---------------------------------------------
Глава 2
Энди открыла глаза и вздохнула.… Каждый сантиметр тела пронзило острой болью. Она снова закрыла глаза. Дышать больше не хотелось. Только, через несколько секунд, девушка снова, на этот раз осторожно, вздохнула. Безболезненными получались только короткие неглубокие вздохи, воздуха не хватало. «Обезболивающее» - пронеслось в голове. Мысли с трудом выстраивались в логическую цепочку: таблетки – сумка – машина. А где машина? Память отказывалась повиноваться, отзываясь физической болью. Боль – это все, что она помнила. «Надо найти машину», но попытка шевельнуться обернулась головокружительным полетом в блаженную темноту, тишину и бесчувствие.
Сэм дремал в кресле, неуклюжа раскинув длинные ноги. В борьбе с усталостью, он, на этот раз, проиграл. Дину, не смотря на усталость, спать, совсем не хотелось. Мысли водоворотом затягивали его в прошлое, слишком неожиданно все это… Это… Он даже не мог понять, что произошло. Мысли отрывками метались в голове. Годами выстроенная защита, осыпалась как карточный домик. «Вот, что ты чувствуешь на самом деле. Вот, что скрываешь. Вот. Вот. Смотри. Смотри, что чувствует твой брат, когда тебе плохо. Что он видит и слышит, когда ты уже не можешь контролировать боль» - внутренний голос, надрывался в голове у Дина, когда он разглядывал девушку, уже неподвижно лежащую, после тяжелой ночи. Боль этой девушки он чувствовал почти физически, слишком похоже, слишком реально, всего как-то слишком. Он бы хотел, чтобы Сэмми не видел это, чтобы не понял. Но он видел, и он все понял. Хорошо, что он спит, ненужно смотреть ему в глаза и отвечать на вопросы. Он не сможет подтвердить, то о чем догадался Сэм, он даже себе с трудом в этом признавался. Когда брат проснется, Дин сделает так, что все будет по-прежнему. Они никогда не будут говорить об этом. Утром они просто отвезут ее в больницу, так будет лучше, там ей помогут и позаботятся, а они с Сэмми забудут о ней, уедут и никогда не вспомнят о том, что произошло и не будут это обсуждать. Потому, что он так решил. Но память услужливо подкинула фотографию, всю в крови, фотографию Джона, которую она держала в руке. Машину, ее огромный джип, забитый оружием и разрисованный защитными символами, в том, что они были защитными, Дин не сомневался, хотя многие были не знакомы. И амулеты, висевшие на зеркале в машине. Старший Винчестер не мог вспомнить ничего похожего.
Вряд ли она просто проезжала мимо да еще по заброшенной дороге. Наверняка ей нужна помощь, на нее напали и возможно, она все еще в опасности.
При этой мысли Дин встряхнулся. У него уже рефлекс выработался на слово «опасность», стойка как у охотничьей собаки. (Спасибо Джон). Нет, в больницу ей нельзя мы справимся, она не умрет, не раньше, чем все расскажет. Погруженный в свои мысли, Дин даже не заметил, что девушка приходила в себя. Но когда он посмотрел на нее, она снова была без сознания.
Волосы… они снова привлекли его внимание. Сначала он думал, что они просто очень светлые, но, приглядевшись, понял – волосы были седыми. У него самого было несколько седых волосков, и даже у Сэма он заметил парочку, но в ее волосах невозможно было найти ни одного темного, притом, что брови и длинные ресницы были темного цвета. «Интересно, какого цвета у нее глаза?»
Усталость скоро взяла свое, и он уснул, неудобно сидя на жестком стуле.
Когда он проснулся за окном ярко светило утреннее солнце. Дин наклонился к девушке, ее дыхание было неглубоким, но ровным, глаза закрыты, температуры не было. Волосы в солнечном свете, сияли вокруг головы. Кресло Сэма пустовало, а с кухни, доносился звон посуды и запах кофе. Дин решил поменять девушке повязки. Он освободил ее тело от бинтов, раны уже начали затягиваться, никаких следов воспаления или заражения не было. «Очень хорошо». Всего один день прошел, но уже видно новую розовую кожу, покрывавшую ранки от дробинок и края ножевой раны. Помазав мазью и снова забинтовав девушку, Дин взял в руки нож, изъятый из ее груди. Серебро. Обоюдоострое лезвие было коротким, всего два с половиной дюйма и по нему вились узоры, вглядевшись, он понял, что это надпись. Язык был ему не знаком. На рукоятке были те же надписи, но крупнее. «Убить таким сложно, скорее всего ритуальный» - подумал Дин.
В комнату вошел Сэм с двумя кружками кофе и пакетом плюшек в зубах.
- Как она? – спросил Сэм, протягивая брату кофе.
- Нормально, раны быстро заживают – Дин с наслаждением глотнул горячий напиток.
Раскрыв пакет, Сэм протянул ему сахарный кренделек. Дин подумал, что не сможет проглотить ни крошки, но с удивлением почувствовал, что голоден и с удовольствием съел кренделек и еще две плюшки с изюмом.
- Орешков нету? – с набитым ртом спросил Дин.
- Для тебя, конечно есть, – ответил Сэм, доставая пакетик M&M`s.
- А можно мне тоже немного кофе?
Увлекшись завтраком, братья не заметили, как незнакомка пришла в себя и теперь смотрела на них огромными, неестественно зелеными глазами, в обрамлении густых длинных ресниц. «Где-то я уже видел такие же глаза» - подумал Дин. «У нее глаза как у Дина – подумал Сэм, - только более яркого зеленого цвета». Они оба уставились на нее не в силах произнести хоть слово.
- Ну, так как насчет кофе? – Девушка повторила свой вопрос. Она все еще была бледной, но выглядела, уже намного лучше.
- Э э э… - начал Дин не зная как к ней обратиться
- Энди, – подсказала девушка и с каждым словом, ее голос приобретал все больше силы и уверенности.
- Да, Энди. Я думаю, что тебе еще нельзя пить кофе, да и вообще пить… - Дин вспомнил, как ковырялся у нее в кишках, пытаясь достать последнюю дробинку, которая засела, глубже, чем остальные. Но, вспомнив уже покрытые новой кожей ранки, увиденные утром, замолчал и протянул ей свою чашку.
Сэм с удивлением посмотрел на него, но ничего не сказал. Девушка попыталась сесть, но движения все еще вызывали резкую боль. Дин помог ей приподняться и положил подушки под спину. Она благодарно посмотрела на него и стала пить кофе маленькими глотками, это причиняло боль, но стило потерпеть, так как кофе она очень любила. Допив до конца, она закрыла глаза. Силы закончились Дин опустил подушку и осторожно уложил девушку. В ответ она лишь слабо шевельнула ресницами. Сэм молча наблюдал за ними, надеясь, что старший все объяснит.
- Выйдем? – Сэм шагнул к двери. Дин только кивнул и вышел следом. Они снова сели на крыльцо, последнее время, оно стало любимым местом для разговоров.
Дин молчал.
- Ничего не хочешь сказать? – не выдержал Сэм.
- Например? – Дин пожал плечами, упорно не желая отводить взгляд от чего-то вдалеке.
Сэм поморщился. Когда Дин был в таком настроении, разговаривать с ним было просто невыносимо, но младший как никто знал свого брата и, запасшись терпением, медленно но верно, стал выжимать из Дина ответы.
- Что-то произошло сегодня утром, пока я был на кухне? – начал Сэм.
- Ничего.
- Совсем ничего?
- Я поменял ей повязки.
- И…
- И все, потом пришел ты.
- Ага, а потом она просто встала и попросила кофе? – Сэм начинал терять терпение, тогда как Дин, оставался невозмутимо спокойным.
- Да. Ты абсолютно прав, «Шерлок».
- При таких ранах она неделю, как минимум, должна валяться без сознания и питаться физраствором через трубочку прямо в кровь! - Взорвался Сэм
Дин пожал плечами. Сэм продолжал:
- Это просто невозможно. Прошел всего один день и просыпаясь утром, я все еще не был уверен, выживет ли она вообще. Вспомни вчерашнюю ночь… - Дин не отвечал и Сэм, махнув рукой, сел рядом «И чего он тут распинается, по ходу, Дина совсем не удивляет происходящее». У самого Дина раны заживали быстрее, чем у обычных людей, но не настолько…
- Это, по меньшей мере, странно, – предпринял последнюю попытку Сэм.
- Согласен. – Неожиданно ответил Дин и посмотрел на Сэма. – С ней что-то не так, это точно, ее раны заживают неестественно быстро, и я не знаю, как это объяснить. Если честно, я думал она не доживет до утра. Все было слишком серьезно. – Продолжил Дин, глядя прямо в глаза брату. – Но она не отреагировала на святую воду, значит она не демон, реакции на серебро тоже нет, значит она не вампир и не оборотень, думаю, если посыпать ее солью, тоже ничего не будет. Она человек. Без сомнения. И, кстати, очень симпатичный.
Сэм только вздохнул в ответ.
- Думаю она скоро сама нам все расскажет. – Дин подошел к машине и достав любимый «сорок пятый» засунул его за ремень джинсов за спиной. Сэм удивленно посмотрел на него.
- Симпатичная, говоришь? – Сэм не удержался от шпильки.
- Осторожность никогда не бывает излишней, – ответил Дин.
Они снова зашли в дом. Дин направился в гостиную и занялся своим любимым делом. Сэм вспомнил про ее лэптоп и устроившись в кресле в спальне, включил его, но вход был защищен паролем. Он перепробовал массу комбинации, но открыть так и не смог. Разминая затекшую шею, Сэм посмотрел на девушку, она спала. Дин чистил оружие в гостиной. «Энди…», Сэм сосредоточился на своих ощущениях. Он не чувствовал опасности или угрозы, но, не смотря на быстрое выздоровление, от нее веяло обреченностью… так же как и от Дина… Сэм задумался.
Остаток дня Энди проспала и как бы не хотели братья получить ответы, разбудить ее они не решились. Ночью присматривать за Энди остался Дин и, хотя он спал вполглаза, ничего не случилось, казалось девушка впала в кому, но подрагивающие ресницы, говорили о том, что она спит. Утром Сэм приготовил кофе и купил плюшек уже на троих.

***
Энди давно проснулась, но не открывала глаза. Подобраться к Винчестерам оказалось чертовски трудно, выяснилось, что в охотничьем обществе их не очень жалуют, никто не хотел говорить про них пока один из охотников не вспомнил где в последний раз видел братьев. Дорога, указанная на старой карте, завела девушку в лес. Энди решила остановиться на небольшой полянке, выйти из машины и немного прогуляться, чтобы ещё раз все обдумать. «Что она скажет братьям? Как начнет разговор? Сможет ли объяснить?». Погрузившись в свои мысли, она довольно далеко отошла от джипа и не сразу заметила, что за ней наблюдают. Демоны. Энди увидела четверых одержимых, смотревших на нее, они начали приближаться как только поняли, что она их узнала. «Какие же все таки противные у них рожи» - в очередной раз подумала девушка, приготовившись к схватке. С тех пор, как адские псы повисли у нее на хвосте, человеческая оболочка, в которую вселялись демоны не могла ее обмануть, Энди видела их настоящие лица и с каждым разом, ей все меньше хотелось в ад. Они напали все сразу, одновременно не оставляя шансов на выживание, но она была к этому готова. Уже год, с тех пор, как она просрочила свой контракт, найдя защиту от псов, амулет, не подпускавший их, только ленивый демон не пытался ее убить, чтобы завершить сделку и выслужиться перед начальством. Выпустив в них обойму револьвера с патронами, заряженными солью, охотница достала нож. Маленький серебряный нож, исписанный древними письменами, подаренный спасенной девушкой в Англии. Дух ее погибшего жениха являлся к ней звал с собой пугал и угрожал, а потом попытался убить, но Энди успела вовремя.
Аманда, так звали спасенную, подарила ей нож, утверждая, что он волшебный и передается из поколения в поколение в ее семье уже не одну сотню лет, но история о нем давно утеряна и теперь это просто реликвия. В последствии Энди выяснила, что серебряная вещичка не заменима в борьбе с тварями, вылезшими из преисподней, наряду со знаменитым кольтом и менее знаменитым кинжалом, маленький серебряный нож мог убивать демонов. Но на этот раз ей не повезло. Справившись с двумя почти сразу, а третьего оттолкнув, она не успела повернуться и четвертый одержимый схватил ее сзади. Еще один, оставшийся в живых вырвал у нее нож, чуть не оторвав при этом руку. От первого удара Энди увернулась и нож вошел в тело держащего ее демона, он тут же рухнул на землю, увлекая ее за собой. Последний одержимый бросился на нее, но она, быстро освободившись от мертвых объятий, вскочила на ноги и лишь почувствовав как что-то кольнуло в бок, поняла, что второй удар пришелся в цель. Рукоятка ножа торчала между ребер, прямо под сердцем. Еще не осознав, что произошло, Энди бросилась бежать. Когда она была уже около машины, демон позвал ее по имени и она обернулась, следующим, что она почувствовала, был сильный удар в живот, но рядом никого не было. Посмотрев вниз, девушка увидела разорванную куртку, а вдалеке оставшегося одержимого с дробовиком. Сбросив куртку, из последних сил, она вскарабкалась в джип и нажала на газ. Следующие воспоминания терялись за стеной дикой боли. Энди помнила только осторожные прикосновения теплых сильных рук и шепот, что все будет хорошо. Она добралась и в безопасности. Пока.
Как только Сэм вошел в спальню с горячим кофе и свежими плюшками, девушка открыла глаза, и они вновь удивились тем, как она выглядела. Бледность окончательно исчезла и круги под глазами были почти незаметны, а ведь три дня назад она почти умерла. Сэм, не дожидаясь просьбы, протянул ей кружку и сахарный кренделек, Дин помог подняться и подложил ей подушку под спину. Братья уже теряли остатки терпения. Завтрак прошел в молчании, они лишь осторожно изучали друг друга взглядами. Когда допили кофе, и Сэм понес кружки обратно на кухню, Дин поднялся и подошел к Энди.
- Разрешишь? – не дожидаясь ответа, он окинул одеяло и начал разрезать бинты. Девушка не ответила, но и не сопротивлялась. Она лишь внимательно следила за его действиями из под опущенных ресниц.
Дин использовал всю свою выдержку, чтобы сохранить непроницаемое выражение лица, когда обнаружил уже почти зажившие раны, они были гораздо меньше, чем при последнем осмотре. Несмотря на удивление, он снова смазал раны и забинтовал их, хотя она в этом и не нуждалась. Дин ждал, что она заговорит первой, но поскольку терпение не было его выдающимся качеством, он сам начал разговор.
- Какими судьбами в наших краях? – спросил Дин.
- Мимо проезжала. – Последовал лаконичный ответ и Дин еле удержался от едкого замечания, насчет заброшенной дороги и дома на отшибе. Энди решила не раскрывать всех карт сразу, опасаясь негативной реакции, к новой схватке она пока не готова.
- Куда направлялась? – Дин сделал вид, что сосредоточился на бинтах.
- В город, но в лесу на меня напали и я остановилась около вашего дома, надеясь на помощь. – Ее лицо выглядело таким невинным, а глаза честными, что на секунду Дин подумал, уж не померещилось ли ему все: раны, переломы, нож, вынутый из тела. «Остановилась, надеясь на помощь…», «Как будто соль ехала одолжить! Какого черта, она держит меня за придурка!!!» Дин кипел, как чайник, забытый на плите.
- Больше ничего не хочешь рассказать? – Глаза Винчестера опасно сузились и Энди поняла, что переусердствовала.
- Ищу одного человека, – нехотя ответила она, понимая, что на потом разговор отложить не удастся.
- Случайно не его? – голос Дина стал слаще меда, когда он показал ей фотографию.
«Фотография!» - она поклялась не расставаться с ней.
- Где ты это взял? – мысли галопом пронеслись в голове. «Храни ее, это все, что осталось у меня. Когда-нибудь ты его найдешь…». «Я обещаю, я никогда не расстанусь с ней». Две фразы, навсегда отпечатавшиеся в памяти, последняя просьба мамы перед смертью, последнее обещание дочери.
- Я бы хотел спросить у тебя тоже самое. – Дин улыбнулся и спрятал фотографию обратно в карман.
- Лучше отдай! – Энди забыла обо всем, кроме куска картона, который надлежало вернуть и мышцы напряглись готовясь к нападению.
- А то, что? – Дин тоже напрягся.
Одним молниеносным движением она оказалась рядом с ним и сбила его с ног точным ударом в челюсть, Дин повалился на пол, но в последний момент успел схватить ее за ногу, и она рухнула рядом с ним. От резкой боли, пронзившей все тело, она сжалась в комочек и потеряла сознание. Дин поднялся посмотрел на нее, приготовившись к повторному нападению, но она не шевелилась. Он осторожно наклонился и дотронулся до ее плеча, ничего. И вновь она напомнила ему сломанную куклу. Дин без труда поднял ее на руки и уложил на кровать.
- Что случилось? – В спальню зашел Сэм.
- Разговора по душам не получилось, она напала на меня, когда я показал ей фотографию, – ответил Дин, потирая ушибленную челюсть.
- И ты ее вырубил? – Сэм покачал головой.
- Это она меня чуть не вырубила, – оправдался Дин. – Она совсем не безобидная. В ответ Сэм лишь поднял удивленно брови.
Странно, но Дин совсем не злился на нее.


Всегда настороженно осторожна...
"Почему, когда ты обращаешься к богу - это молитва, а когда он к тебе - это уже шизофрения..."



Сообщение отредактировал IBlakCat - Среда, 08-Апр-2009, 14:52
 
stormyДата: Среда, 08-Апр-2009, 16:06 | Сообщение # 2
Аватара нет
Группа: Удаленные





Круто!!!!! второй раз Дину достается от девчонки!!! biggrin Молодец, так держать!!!!! и новое оружие против демона придумала... хотелось бы увидеть все это на экране... smile
 
IBlakCatДата: Среда, 08-Апр-2009, 17:22 | Сообщение # 3
Призрак
Группа: Охотники
Сообщений: 396
Статус:
Спасибо! Осторожно, конец грустный, не хотелось бы разочаровать своих любимых читателей...

- Эй, спящая красавица просыпайся. – Он легонько похлопал ее по щекам. – Мы, кажется, не договорили.
Энди со стоном открыла глаза, но тут же со злостью снова сузила их, все тело неприятно ныло, но если не двигаться было терпимо. Постепенно мысли организовались и мысленно обозвав себя «полной идиоткой» за несдержанность, она приготовилась к разговору. Но Дин все еще выглядел угрожающе, и она обреченно вздохнула.
- Чего ты хочешь?
- Просто поговорить.
- Хорошо, только отдай фотографию.
Дин опять подвинул стул к кровати и сел на него верхом.
- Только после того, как ты удовлетворишь мое любопытство. Начнем с начала. Как ты здесь оказалась? К городу ведет другая дорога, шоссе в четырех милях отсюда.
- Я искала вас. Вы же Дин и Сэм Винчестеры верно? Сыновья Джона Винчестера? – Энди приподнялась и постаралась сесть.
- Откуда у тебя фотография? – снова спросил Дин, проигнорировав ее вопрос.
Внезапно перед глазами поплыло. Прыжок за фотографией с последующим падением, негативно сказался на неокрепшем теле. Ребра ныли все сильнее, плечо дергало волнами боли и в ритме с ним пульсировали раны на животе и на боку. Нарастающую боль становилось сдерживать все труднее, Энди закрыла глаза.
- С тобой все в порядке? Эй? – голоса доносились как будто издалека. Она несколько раз открыла и закрыла глаза, попыталась глубоко вздохнуть и тут же пожалела об этом, комната завертелась. Кто-то слегка тряхнул за плечи, она застонала и окончательно погрузилась во тьму.
- И что теперь делать? – Сэм теребил край рубашки, глядя на девушку.
- Ты же у нас умник, вот и придумай. – Дин поднялся и вышел из комнаты, а потом и из дома. Он злился. За эти несколько дней эти стены ему до чертиков надоели и он решил немного прогуляться.
Когда Дин вернулся в дом, Энди пришла в себя и они с Сэмом пили кофе и ели бутерброды.
- Наконец-то вернулся. Хочешь бутер? – Сэм протянул Дину сэндвич.
- Я все расскажу. – Энди посмотрела на Дина своими огромными глазами.
- Сначала один вопрос, – Дин присел на край кровати. – Откуда у тебя фотография?
- Ее дала мне мама, незадолго до смерти, на ней мой отец – Джон Винчестер.
Дин почувствовал, как волосы зашевелились на голове. Комната обрела смутные очертания и закружилась. Сэм спрятал задрожавшие руки в карманы джинс и попросил Энди рассказать все подробно и с самого начала.
Энди начала с того, что рассказывала ей мама.

Глава 3
Лиза Мария Стэнли жила в скромном доме на самой окраине. Она сторонилась горожан, да и они ее не жаловали. Слухи, о том, что девушка - ведьма, отпугивали соседей и все ее избегали. Лиза Мария уже привыкла к такой жизни, хотя по началу участь изгоя очень угнетала ее. От природы имея общительный и веселый характер, ей не с кем было разделить радости или печали, у нее никогда не было друзей.
Много лет назад, когда Лизе Марии было всего шесть, двоюродная тетя, которая воспитывала ее после смерти родителей, передала девочке свой дар: видеть будущее. Тогда малышке все это казалось игрой, и она с радостью согласилась, ещё не зная, что волшебство обернется проклятием. Все считали ее сумасшедшей, не верили в предсказания, а когда они начинали сбываться, обвиняли в колдовстве и даже заявляли в полицию. Несколько лет она скиталась по небольшим городам, стараясь спрятаться от людей. Чем больше людей, тем больше видений, а девушка так устала от них. Наконец Лиза Мария купила старый дом в конце улицы, совсем крошечного города, затерявшегося в безграничных прериях Техаса. Она жила там уже несколько месяцев, выходя из дома, только за необходимыми покупками и в один из таких походов, прямо посреди улицы, ее настигло видение. Оно было необычайно яркое и совершенно затмило реальность. Впервые в жизни видение показало ее будущее.
Через два месяца после видения, на рассвете в город въехал незнакомец. Даже в столь ранний час, его машина привлекала внимание прохожих, это была черная шевроле импала 1967 года, отполированная до зеркального блеска, она горела в лучах яркого утреннего солнца. Несмотря на жару, мужчина был одет в плотные джинсы и кожаную куртку. Немногочисленные горожане, спешившие по своим делам останавливались посмотреть на незнакомца. Среди ленивых и разжиревших от скуки, местных жителей, незнакомец казался небоскребом, среди трущоб. Остановившись около магазина, еще закрытого, он вылез из машины и обошел вокруг нее, осматриваясь. Его движения напоминали поведение хищника во время охоты, да он и был на охоте. Приехал истребить ведьму.
Таким она его и увидела: расправив плечи, он стоял около своей машины, позволяя зевакам, вдоволь насладится собой. От него исходила сила и уверенность.
Она сама подошла к нему, взяла за руку и увела в свой дом. Напоила чаем, а вечером виски. Рассказала о своей жизни и о себе. О том, что она и есть та самая ведьма, которую так боятся местные, но вреда никому не причиняет, и даже тайком помогает некоторым.

***
- Они провели вместе два дня и одну ночь, он рассказал, что охотится на нечисть уже десять лет, но ищет только одного. А потом незнакомец уехал, чтобы никогда больше не возвращаться. От него осталось только имя: Джон Винчестер и фотография, которую мама сделала тайком, зная, что Джону не понравилась бы такая идея. – Энди замолчала, глядя в кружку с остывшим кофе, касаясь ее губами, но, не делая глотков.
Братья не решались нарушить тишину. Они обдумывали каждое ее слово, сопоставляли даты и события. Они действительно были в Техасе.
- А дальше? – наконец спросил Дин.
- Дальше… - Энди посмотрела на него своими огромными глазами, и он поразился той боли, которая в них отражалась. На секунду она опустила ресницы, а когда подняла, ее взгляд был обращен мимо Дина в прошлое.

***
На следующий день она бросила дом, взяв только самое необходимое и покинула город, к общей радости его населения. У нее была шкатулка с драгоценностями, оставшаяся от тети и она продала их, выручив огромную сумму денег. Большую их часть, Лиза Мария положила на счет, зарегистрированный на имя будущей дочери, а на оставшиеся купила уютный домик на побережье. Теперь в шкатулке лежала единственная дорогая ей вещь – фотография Джона. Во время беременности видения, почти прекратились, но Лиза Мария продолжала сторониться людей, предпочитая проводить все время в своем саду, ухаживая за цветами, в обществе своей будущей малышки. Она уже давно придумала ей имя – Анджелина, а фамилия, конечно же отца. Анджелина Винчестер, ангел, посланный ей небом, за все, что пришлось пережить. Девушка никогда не пыталась найти Джона, зная, что им не суждено быть вместе, лишь теплилась смутная надежда на то, что он когда-нибудь увидит их дочь.
Перед родами, Лиза Мария все решила. Дочь не должна повторить ее судьбу, она не станет изгоем, у нее должны быть друзья и подруги, она будет учиться в хорошей школе и поступит в университет. На следующую ночь, после рождения Анджелины, Лиза Мария вышла на перекресток. На зов появился высокий импозантный мужчина, пообещавший исполнить любое желание в обмен на душу. Всего десять лет… но не так уж и мало для счастья. Сделка совершилась. Через год, она даже вышла замуж за хорошего человека - Марка, который немного напоминал ей Джона. Лиза Мария, наконец, получила желаемое: семью и много друзей. Дочка росла веселой и сообразительной, хорошо училась. Помимо обычных занятий Анджелина изучала иностранные языки и боевые искусства. Через шесть лет Лиза Мария решилась приоткрыть для дочери завесу темной стороны суток. Девочка должна быть готовой к любым неожиданностям. Стараясь не напугать дочь, она рассказывала ей про привидения и демонов, оборотней, вервульфов, вендиго, пересказывая короткие рассказы Джона, показывая статьи из книг и Интернета, которые уже давно начала собирать. Чем больше Лиза Мария узнавала о сверхъестественном, тем сильнее крепла в ней вера, что она сможет найти способ разорвать договор. Они начали путешествовать по миру, проводя все больше времени в различных библиотеках и книжных магазинчиках за изучением старинных книг, собирая легенды и необычные истории. Но поиски не давали результатов. Так прошло еще три года, срок истечения договора приближался, и тогда Лиза Мария с дочерью решила вернуться домой и прожить последний год обычной семьей. Она смирилась со своей участью и больше не боялась смерти. Теперь она была уверена, что Анджелина сможет за себя постоять и не стушуется не перед человеком, не перед нечистью.
- На следующий день после моего девятого дня рождения мама впервые завела со мной разговор о смерти.
Не о том как убить ту или иную сверхъестественную тварь, а о смерти человека. Сказала, что не нужно ее бояться и люди, которые умирают, уходят в лучший мир. Они просто засыпают и видят добрые красивые сны. Я верила маме и постепенно привыкла к мысли, что однажды она уснет, и мы не должны будем ее будить. - Энди зажмурила глаза и поморщилась, не сдержав стон.
- Как ты? Может отдохнешь и продолжим позже? – предложил Дин, видя как она побледнела.
- Нет. – Энди открыла глаза. – Я должна закончить сейчас, не уверена, что смогу заставить себя вспомнить это ещё раз. Слишком больно. - Мой десятый день рождения, мы с мамой провели только вдвоем, просто сидели в моей комнате обнявшись. Марк был на кухне, он ничего не знал. «Храни ее», - сказала мама отдавая мне фотографию, – «когда-нибудь ты найдешь его». И я пообещала: «Сохраню, будет всегда со мной и обязательно найду». Все остальное давно было сказано и мы просто проживали последние минуты вместе. Но когда часы начали бить полночь, дверь распахнулась, и в комнату вошел Марк, у него были такие странные глаза: одни белки, зрачков совсем не было видно.
- Лилит. – в один голос произнесли братья.
- Лилит? – Энди вопросительно посмотрела на ни.
- Продолжай. – Ответил Дин. – Кажется, у нас есть общие знакомые, но об этом после.
В ответ она хотела пожать плечам, но левое отозвалось болью, потерев его немного, Энди продолжала:
- Он улыбнулся и подержал дверь, словно пропуская кого-то, мама сжалась, на лице был написан ужас, она смотрела в проем двери, и, поджав под себя ноги, пыталась отодвинуться как можно дальше. Я смотрела и ничего не видела, ничего не понимала. Я прижалась к маме и обняла ее, но Марк схватил меня и отшвырнул к стене как котенка. Я ударилась головой и на несколько мгновений оказалась на границе сознания и тогда я увидела их… - Энди снова замолчала, собирая остатки сил. Все тело горело огнем, пот уже начал собираться мелкими бусинками у корней волос. Но она упрямо продолжала – Их было несколько, двое или трое, я не помню. Огромные черные собаки – адские псы, бросились на маму, она закричала. – Беззвучные слезы потекли двумя тонкими ручейками. – Псы терзали ее тело зубами и когтями, рвали на части, отнимая друг у друга, пока не остались, лишь кости, покрытые кровавыми лоскутками. Потом я потеряла сознание. Врачи говорили, что у меня шок и отправляли к психиатру, когда я пыталась рассказать им правду. Полицейские сказали, что произошел несчастный случай: в дом забежала бешеная собака и убила маму. Потом поняла, что лучше молчать и соглашаться и лишь при упоминании о Марке я впадала в истерику и даже пыталась его убить. За это меня хотели отправить в психушку, но соседка, мамина подруга, забрала меня к себе. Похороны почти не помню, только дождь и цветы. Наверное, там, на кладбище, смотря на закрытый гроб, я осознала, что мое детство кончилось, и вместе с мамой я похоронила свою душу.

Глава 4
Энди закрыла глаза. Воспоминания, метались в сознании, наполняя события прошлого, яркими подробностями. На несколько мгновений она снова почувствовала себя маленькой испуганной и растерянной девочкой.
- Я безумно тосковала по маме, моя жизнь потеряла смысл, я замкнулась в себе и ни с кем не разговаривала. И еще мне снились кошмары. Ночь за ночью я видела жуткую картину: черных псов с огромными клыками, снова и снова рвущих маму на куски, а она тянула ко мне руки и молила о помощи. Но я не знала как я могу ей помочь, в конце концов, просто перестала спать, было очень страшно уснуть. А однажды ночью решилась выйти на перекресток.
- Нет. Только не это... – застонал Сэм и закатил глаза. – Ты тоже заключила сделку? Это что становится семейной традицией Винчестеров?
- А что мне оставалось делать? – Энди посмотрела Сэму в глаза. – Мне было одиннадцать лет, я была в отчаянии. Ребенок, который целый год почти не спал, а когда спал, то видел такое от чего волосы вставали дыбом. Я хотела помочь маме и себе тоже, я так устала. У меня было только одно желание, чтобы воспоминания о той ночи перестали преследовать меня. Мне пообещали пять лет счастливой жизни без сновидений, я согласилась. А потом проспала почти целую неделю, уже без снов.
- Не понимаю, зачем ты на это пошла? Это было просто глупо. Ты же знала, что будет потом. – Пробормотал Дин, уставившись в пол.
- А ты? – Резкий вопрос, словно удар кнута, заставил Дина поднять глаза.
- Что я? – Дин сделал вид, что не понял вопрос.
- Ты тоже знал. Не притворяйся, я вижу, что ты заключил сделку, и срок скоро выйдет. Один год? Всего один. – Энди смотрела на Дина, а ему казалось, что она заглядывает ему в душу.
- Как ты узнала? – спросил Сэм.
- Твои глаза, - ответила девушка. – Это глаза, потерявшего надежду, обреченного человека, смирившегося с безнадежностью своего положения. Я каждый день вижу такие же в зеркале.
- У меня была причина. – ответил Дин.
- У каждого, кто заключает сделку, есть причина и для каждого она очень важна. Мне было одиннадцать лет и меня мучили кошмары, я не могла быть такой же сильной... (как ты)
Дин пристально посмотрел ей в глаза, но ничего не сказал.
Несколько минут, они сидели молча.
- Ты пыталась расторгнуть сделку? – наконец спросил Дин, отвернувшись от сверлящего взгляда Энди, под которым чувствовал себя очень неуютно. Уже в который раз за несколько дней, она вытащила на поверхность его, самые оберегаемые и ревностно охраняемые от посторонних глаз, чувства. «Лучше бы молчала о том, что видит» - злился Дин.
- Конечно, – грустный смешок. – Я объездила весь мир в поисках спасения, разные страны и культуры, разные легенды и мифы и везде одно и то же , расторгнуть сделку можно, только убив демона, у которого договор, или откупившись. А я даже не знаю кто он. Демон перекрестка не является на зов, а остальные, попадавшиеся мне, или ничего не знали или не хотели говорить. Единственную альтернативу, я нашла в Египте. Древние жрецы, заключали сделки, чтобы предсказывать будущее, они, с помощью древней магии четырех стихий, смогли изготовить амулет способный отсрочить день перехода в царство мертвых. Крошечные фигурки собак выливали из особого сплава, заговаривали и вплетали в волосы, - Энди показала несколько прядей в которые были вплетены веревочки с прикрепленными фигурками. – Они были призваны защищать своих хозяев от черных псов, сбивать их со следа.
- Помогает? – Сэм был рад любой возможности спасти брата, хотя бы на время.
- Да, но способ изготовления давно забыт, а этим амулетам уже несколько тысяч лет, я украла их из хранилища в Британском музее . Со временем их сила ослабла. Мое время истекло уже год назад и с каждым днем амулеты теряют свою силу все быстрее. Мне очень жаль, что я не разыскала вас раньше, но я поклялась найти своего отца и если придется спуститься за ним в ад, я сделаю это. А если совсем честно: я устала от вечной гонки. Постоянно догонять кого-то и убегать самой. Многие, изгнанные мной, демоны вырвались, когда открылись врата и теперь жаждут мести. Уже год за мной по пятам следуют адские псы, не смея приблизиться, но и не уходя далеко. Я слышу их вой у себя за спиной, они подбираются все ближе и ближе и когда оборачиваюсь вижу их оскаленные морды, постоянно чувствую их. Привыкнуть к этому невозможно. Я хочу избавиться от них любым способом.
Усталость и эмоциональная истощенность от вновь пережитых воспоминаний совсем лишили, все еще слабую Энди сил. Голова кружилась, руки и ноги, словно налились свинцом. Она закрыла глаза и опустила голову на подушку. На этот раз ей не избежать судьбы, уже не выжить.
Дин поднялся и потянул за собой брата.
- Мы зайдем позже. – сказал уже возле двери Сэм, - Или зови нас. – Девушка не ответила.
Братья снова сели на крыльцо и на несколько минут каждый ушел в свои мысли.

Добавлено (08.04.2009, 16:21)
---------------------------------------------
Глава 5
Сэм не знал с чего начать. Дин молчал.
- Что думаешь? – не выдержал Сэм.
- Не знаю. Ты ей веришь? – Дин посмотрел брату в глаза. – Все это слишком… В общем слишком, даже для нас.
- А я думаю как раз в духе нашей семейки. Она же вылитый отец, Дин, такая же упрямая, одержимая своей идеей.
- Вот я и говорю, слишком похоже.
- Но она не демон, не вампир, не оборотень. Раны, конечно, заживают подозрительно быстро, но она человек.
- Не знаю, Сэмми, не знаю…
Дин сидел, обхватив голову руками. Сэм легко принял факт наличия сестры, она действительно была похожа на них, на Джона, на Дина на Сэма. Слова брата, заставили сомневаться, но тогда кто она и зачем весь этот спектакль?
- Что будем делать? – снова первым нарушил тишину младший. В ответ Дин лишь пожал плечами.
- Пойдем в дом. Не стоит надолго оставлять ее одну

***
«Они мне не верят…» - думала Энди – «не старший. Младшего я почти убедила, а вот Дин крепкий орешек. Он не поверит без весомых доказательств. Фотография его не убедила. Нужен другой способ, надо заставить его поверить в то, что Джон мой отец и тогда они поверят остальному». Энди лежала с закрытыми глазами, но сна не было. Раны от дробовика уже совсем затянулись, сломанные ребра срастались медленнее и постоянно ныли, беспокоило и вывихнутое плечо, но хуже всех выглядела рана от серебряного ножа. Сам разрез затянулся, но от него по коже во все стороны расходились тонкие ярко красные ниточки вен. Противоядие попало в кровь и теперь две древние силы боролись у нее в крови, и кто бы не победил, Энди все равно погибнет. Но даже больше беспокоило сложное положение, в котором она оказалась найдя только двух братьев. Джона убедить было бы легче, она как две капли воды похожа на мать, только волосы теперь белые… Энди вспомнила, как в больнице посмотрела на себя в зеркало, удивленно, не узнавая себя в блондинке, которая, смотрела на нее. Она помотала головой, отражение не изменилось, несколько раз закрыла и открыла глаза… волосы все ещё оставались белыми. Она потрогала их и посмотрела, уже без зеркала, на пряди, скользившие между тонкими пальцами. Совершенно белые. Странно, а ресницы и брови остались темными. Энди еще долго разглядывала свой новый образ, пока медсестра не отвела ее обратно в палату и не рассказала, почему так бывает.
Мысли девушки снова вернулись к братьям. Она подумала о Сэме. Сэм, он нашел ее первым, вытащил из машины, остановил кровь. Сэм сильный, очень сильный, он уже не ребенок, каким его считает старший. Роли могли бы давно поменяться, но им обоим так удобно: старший Дин и младший Сэмми. Дин. О Дин, воплощение героя, борец за справедливость. Истинный охотник, самый лучший. Охота – его жизнь, а присматривать за младшим братишкой – смысл его жизни. Он не должен попасть в ад… Дин. Занятый экземпляр, думает, что спрятался от всех за своей любимой маской «со мной всегда все в порядке» и позволяет себе лишь «я немного устал». Интересно, а Сэмми знает, что кошмары, которые снятся ему, детская сказка на ночь, по сравнению с тем, что видит во сне Дин. Знает ли, что на сердце у старшего ран гораздо больше, чем на теле и они никогда не заживут. Сэм… Его хотелось потрепать по волосам, хлопнуть по плечу и спросить: «Как дела, дружище?», а Дин… Хотелось подойти близко-близко и заглянуть в его глаза, не в те насмешливые, чуть с прищуром, сопровождавшимся голливудской улыбкой расположения к другу или звериным оскалом ненависти к врагу, а в его настоящие чистые зеленые глаза, неприкрытые защитным барьером. Нет! Вдруг Энди, вспомнив секундный взгляд Дина, когда она сказала, что знает про его сделку, поймала себя на мысли, что никогда, никогда-никогда не хотела бы увидеть обнаженную душу Дина Винчестера. Крошечная частица, легкий отголосок дара, принадлежавшего матери, позволяла видеть души других людей неприкрытыми, она не умела читать мысли, но чувства были, как на ладони. А каким был Джон?… Она так спешила, но все равно опоздала. Сделка за сделкой, семья Винчестеров продает себя в объятья преисподней. Огромный механизм зла, приводится в действие душами, отданными за жизнь близких людей. Лучшие охотники в мире, даже за океаном им нет равных. Нужно рассказать о том, что она узнала как можно скорее. Они не должны допустить, чтобы Дин попал в ад. Нужно успеть, нужно рассказать, но как сделать, чтобы ей поверили. «Я на самом деле ваша сестра. Во мне течет кровь вашего отца. Поверьте мне, я должна рассказать вам, что-то очень важное». Мысли все быстрее проносились в голове, все труднее становилось их удержать.
- Кажется у нее опять жар. – Сэм дотронулся до руки девушки. На ее щеках горел лихорадочный румянец. Волосы растрепались по подушке. Она что-то шептала пересохшими губами, но слов нельзя было разобрать.
И снова боль, огонь, раскаляющий тело, тонкая грань реальности. Энди цеплялась за ускользающее сознание, понимая, что времени у нее совсем не осталось.
Однажды, путешествуя, она забралась далеко на север в Якутию, в культуре северных народов, девушку заинтересовал один ритуал, который использовали только мужчины-охотники. Энди обратилась к якутскому шаману за помощью, надеялась стать неуязвимой и действительно, после нескольких обрядов с ее тела исчезли старые рубцы, а новые раны заживали прямо на глазах. Процесс регенерации занимал от пары минут до нескольких часов, в зависимости от повреждения, единственным недостатком была боль, дикая, стирающая реальность, но она посчитала это достойной платой. Энди не учла лишь одного: шаман, совершая обряд, привлек древних духов севера, которые отдали девушке часть своей сущности, сливаясь с ней, отбирая часть ее сущности. Энди, пустив в свое тело чужой дух, сама стала одной из тех на кого охотилась и была сражена собственным оружием.
Прошло уже несколько часов девушка не приходила в себя и жар только усиливался. Дин рассматривал красные нитки вен, опутавших уже половину тела. Рана не была воспалена и он не знал, что делать. Эдди неожиданно распахнула глаза и посмотрела на, сидящего рядом Дина. Она сделала знак, чтобы он приподнял ее на подушке.
- У меня очень мало времени, - начала Энди, посмотрев на Дина и Сэма – Я знаю, что вы не поверили ни одному моему слову, но это уже и неважно, хотя, для меня, конечно, важно, но сейчас не об этом. Так, что просто слушайте. Примерно полгода назад в баре в Мехико, я подслушала разговор двух мужчин, они обсуждали какого-то психа, утверждавшего, что в нем погостил демон, а потом убрался обратно в ад, не причинив ему вреда. И что он помнит все, что с ним происходило и даже то, о чем думал демон. Я разыскала этого счастливчика и вот, что он мне рассказал: Демон, одолживший его тело, был из высших эшелонов. Он и еще один одержимый однажды обсуждали интересную тему. Преисподняя давно собирает армию и им нужен тот, кто сможет ее возглавить. Подбор кандидатов доверили, небезызвестному вам, Желтоглазому. Особенно выделяли одного из кандидатов – младшего сына Джона и Мери Винчестер. На самом деле ты, Сэм, был единственным реальным кандидатом.
- А разве идея собрать армию, не принадлежала Желтоглазому? Разве не он заварил эту кашу? – перебил Сэм.
- Нет, Желтоглазый был всего лишь исполнитель. – Энди теперь смотрела только на Сэма. Тот, кто это задумал, поставил блестящий спектакль по переселению семьи Винчестер в ад. Первую с дороги убрали Мери, рассчитывая ожесточить твое сердце и душу, оставив без материнской любви и заботы. Джон немного испортил план, докопавшись до правды о смерти любимой жены и начав охоту, но авария и почти смерть Дина расставила все по местам, дальше план проходил, как по нотам. Демоны не могли просто убить Джона и Дина, тогда их души не попали бы в ад, а расчет был именно на это. Лучшие охотники, под предводительством Сэма Винчестера встают на сторону зла. Безнадежное положение старшего сына, заставляет Джона согласиться на сделку и отдать свою душу, далее подстраивается смерть младшего и Дин, подражая примеру отца, продает свою душу за жизнь брата. Кстати моя история тоже была срежисирована с самого начала, еще один солдат Винчестер под знаменами ада. Они все учли и все просчитали. Сэм ты должен найти способ освободить Дина от сделки, если он попадет в ад, всем крышка! Вот возьми, - Энди перевела глаза на Дина и начала расплетать из волос египетские амулеты.
- Спятила! – Дин подскочил и схватил ее за руки. – Тебя же порвут!
- Лучше так, чем в агонии дожидаться смерти, наблюдая, как в твоем теле сражаются две древние магии, это будет долгая и мучительная смерть. – Энди попыталась высвободиться из стального захвата..
- Подожди. – Дин не отпустил рук. Он не знал, что еще сказать, но отпускать ее он точно не хотел. Мозг старшего Винчестера лихорадочно работал, соображая как можно помочь девушке, но вариантов не было.
- Я готова. Я даже хочу этого, правда. – Тихим голосом произнесла она и ласково посмотрела на старшего брата, а потом на младшего. – Мне жаль, что так все вышло, я хотела приехать раньше, но вас чертовски трудно найти. Я хотела так много сказать. Рассказать о себе, послушать о вас, но судьба сыграла со мной злую шутку, отомстила мне за то, что я никогда не желала ей подчиняться, убив меня моим самым верным оружием. А теперь собирайте вещи и уходите, уезжайте как можно дальше отсюда.
- Мы верим тебе. – Сэм взял одну руку Энди из рук Дина. – Я очень рад, что у меня есть младшая сестренка. Спасибо тебе за все.
- Я тоже рада.- Беззвучные слезы облегчения потекли по щекам девушки. «Верят! Они мне верят! Папа я иду к тебе…» - Последняя просьба: Заберите мою машину, я не хочу, чтобы мой малыш достался кому-то еще, а лучше сожгите.
Дин насыпал по периметру комнаты ведьминой смеси, она должна была задержать псов, после того, как Энди снимет амулеты. Братья быстро собрали свои вещи и отнесли машину, забрали оружие из джипа, подогнали его ближе к дому и вернулись в спальню. Девушка держалась из последних сил, красные полоски уже подбирались к лицу. Дин достал фотографию и протянул Энди, она удивленно посмотрела на него.
- Ты же обещала не расставаться с ней.
- Спасибо. – Энди прижала фотографию к груди, протянув другую руку старшему брату, передавая ему амулеты. – Можешь носить их на шее. - Как только крохотные фигурки оказались в руке, Дин услышал вой гончих, почуявших след.
- Сделайте это. – Энди закрыла глаза.
- Я … - начал Сэм, но Энди перебила его.
- Я все знаю, ты справишься. Просто помоги Дину, ты ему нужен больше, чем он тебе.
Дин взял в руки банку с солью, странно было посыпать солью еще живого человека. Энди больше не открывала глаза. Они облили дом и джип бензином и подожгли.
- Прощай сестренка, – прошептал Сэм.
Они сели в машину и уехали так ни разу и не обернувшись, Дин до боли сжимал в руке фигурки, Сэм барабанил пальцами по ее лэптопу, пароль к которому, так и не успел спросить. Дин нажал кнопку на магнитофоне и пространство машины заполнила громкая музыка.
Конец.

Добавлено (08.04.2009, 16:22)
---------------------------------------------
Ну вот закончила... кидайтесь тапками, обзывайтесь, ругайте! Или хвалите, восхищайтесь и требуйте продолжения!


Всегда настороженно осторожна...
"Почему, когда ты обращаешься к богу - это молитва, а когда он к тебе - это уже шизофрения..."



Сообщение отредактировал IBlakCat - Среда, 08-Апр-2009, 17:20
 
stormyДата: Среда, 08-Апр-2009, 18:04 | Сообщение # 4
Аватара нет
Группа: Удаленные





Офигенско.... повторюсь... хотелось бы увидеть все на экране!! здорово придумала. молодец! smile smile smile
 
IBlakCatДата: Среда, 08-Апр-2009, 18:43 | Сообщение # 5
Призрак
Группа: Охотники
Сообщений: 396
Статус:
Спасибо! Рада, что не разочаровала! Буду стараться дальше...

Всегда настороженно осторожна...
"Почему, когда ты обращаешься к богу - это молитва, а когда он к тебе - это уже шизофрения..."

 
stormyДата: Среда, 08-Апр-2009, 18:45 | Сообщение # 6
Аватара нет
Группа: Удаленные





не за что!!! ждем! biggrin
 
JlerioHДата: Четверг, 09-Апр-2009, 14:51 | Сообщение # 7
Начинающий охотник
Группа: Охотники
Сообщений: 63
Статус:
IBlakCat,
Радует что наш сайт посещают действительно талантливые люди. Рассказ очень понравился. Жду продолжения.


Детям из АДА солнца не надо.
 
Galaxy88Дата: Понедельник, 27-Апр-2009, 17:31 | Сообщение # 8
Аватара нет
Группа: Удаленные





IBlakCat, потрясающий рассказ!!! applause smile smile smile
Quote (stormy)
хотелось бы увидеть все на экране!!

мне тож!!!
Жду новых расказов!!!! biggrin


Сообщение отредактировал Galaxy88 - Понедельник, 27-Апр-2009, 17:33
 
IBlakCatДата: Пятница, 22-Май-2009, 15:25 | Сообщение # 9
Призрак
Группа: Охотники
Сообщений: 396
Статус:
А вот и новый рассказ...

Тьма внутри нас…®
Фандом: Supernatural
Название: Тьма внутри нас…
Автор: IrinkaBlakCat
Бэта: Anneke
EMAIL: i.saveleva@list.ru
Рейтинг: на всякий случай R
Предупреждение: Сцены насилия
Дисклеймер: Лишь намек на, возможно, Крипковских героев
Статус: Закончен
От Автора: Буду рада любым комментариям

Моему единомышленнику и идейному вдохновителю посвящаю.
JlerioH, для тебя…

Часть 1

И тот, кто горечь поражения познав,
Не в силах это бремя на плечах нести,
Лишь местью насладившись он сполна,
Свободу истинную сможет обрести…

…«Это произойдет сегодня ночью, когда ничего не подозревающие врачи будут мирно спать. Игрушечный ноутбук (каждый раз, когда я смотрю на него, во мне закипает ярость) поможет проложить дорогу до кухни, где я запасусь оружием посерьезнее…».
Я сижу на кровати, почти без движения лишь слегка раскачиваюсь, успешно изображаю из себя переспевший овощ, сегодня я тыква. Не реагирую на свет и звук. Таблетки, поданные на ужин, в очередной раз укатились в дыру, прогрызенную крысами под кроватью, как и те, что были поданы на завтрак и обед.
…«Нужно будет найти что-нибудь подходящее, чтобы можно было убить тихо и быстро, с одного удара, например топорик для рубки мяса или молоток для отбивных, лучше топорик, конечно…».
Ночь. Я иду по темному коридору, в одной руке топорик, найденный на кухне, в другой то, что осталось от игрушки, после того как я разбила ее об головы своих соседок. Очень осторожно я подкрадываюсь к ординаторской и заглядываю через зарешеченное окошко. Дежурный врач спит за столом, опустив голову на сложенные руки…
…«Он не запер дверь изнутри, это облегчит задачу мне, и станет роковой ошибкой для него…, не буду его будить…, я ему нравилась, и он хорошо ко мне относился, пожалуй, единственный из всех…».
Врач умирает от точного удара в висок, он улыбался во сне. По аккуратно сложенным бумагам медленно расплывается бурое пятно. Нахожу связку ключей в верхнем ящике стола, небрежно брошенную, на книгу записи посетителей. Мне кажется, что стук моего сердца слышит весь этот чертов город. Не стоило мне так надолго в нем задерживаться.
…«Я стану первой кто решился на побег. Пациенты, лишенные воли или возможности передвигаться свободно, превращенные в безликие тени самих себя, отчаявшиеся, пребывающие в иных измерениях, смирились со своей участью и не думали о свободе. Сотрудники забыли об осторожности, их безответственность сейчас обращалась в мою пользу…».
Я тихо пробираюсь к выходу, открывая решетку за решеткой, и выхожу из здания. Стараясь не попадать под прожекторы, пересекаю двор и подхожу к воротам, осталось только подобрать ключ и я буду свободна. Целых три месяца мне пришлось изображать паиньку, не орать и не вырываться на «процедурах», пить таблетки и сидеть часами, глядя в одну точку, прежде, чем медсестры ослабили свою бдительность и перестали привязывать меня к кровати на ночь. Я останавливаюсь около ворот, но не выхожу,… мои глаза сужаются, не предвещая ничего хорошего, губы складываются в жестокую ухмылку.
…«Нет. Я не могу просто так уйти… злоба, и жажда мести переполняют меня. Здесь в соседнем домике спит сука-медсестра… Я не смогу спокойно жить, зная, что она дышит тем же воздухом что и я, что она вообще еще дышит… И если убийство соседок и врача было необходимостью, то смерть этой твари доставит мне поистине дьявольское удовольствие… Она будет умирать долго, пусть даже у меня уйдет на это вся ночь, пусть я потеряю свой шанс выбраться отсюда, но моя свобода не будет мне в радость, если она сегодня не сдохнет… Она ответит за все… за каждое движение, слово, даже взгляд, неосторожно брошенный в мою сторону…».
Подбираюсь к отдельно стоящему домику, в котором ночуют дежурные медсестры, их несколько, не знаю точно три или четыре, это уже не важно, их всех ждет смерть. Зверь, проснувшийся во мне, уже почувствовал вкус крови, но еще слаще для него был запах крови врага. В предвкушении я облизнула губы кончиком языка. В этом же домике находился склад с одеждой и личными вещами пациентов.
…« Нужно переодеться, больничный халат будет бросаться в глаза, но он мне еще пригодится. Нужно найти мои вещи… надеюсь, они выпотрошили мою сумку …».
Осторожно захожу в домик, здесь дверь тоже не заперта.
… «Самоуверенные засранцы…».
Свет включать не буду, он мне не к чему. От выброса адреналина в кровь все чувства обострились до предела. Глаза уже привыкли к темноте, и я могу различить дверь в конце коридора с надписью «Склад». Прямо передо мной дверь, ведущая в спальню. Подавляю в себе бешеное желание броситься внутрь и сомкнуть руки на шее этой твари.
…«Я ничего ей не скажу, не произнесу даже слова, просто буду смотреть как она умирает, впитывать в себя ее страх и довольно улыбаться, видя в ее глазах ужас обреченности. Она и так поймет, зачем я пришла. Я не раз предупреждала ее об этом, но она лишь гнусно ухмылялась в ответ, пристегивая мои руки ремнями к железным спинкам кровати. Теперь я здесь… в нескольких метрах от нее… я вернулась, чтобы отмстить, и мои руки свободны…».
Но я сдерживаю себя и ухожу от заветной двери. Месть – это блюдо, которое подают холодным. Я не дам эмоциям взять верх, я должна быть расчетливо спокойной, когда придет время расплаты, чтобы ни одна секунда предстоящей ночи не прошла зря…
Склад оказался запертым, это несколько удивило меня, но не задержало, быстро подобрав ключ, я захожу внутрь. Сердце отбивает бешеный ритм, пытаясь вырваться из клетки ребер. Сколько коробок.… Приглядевшись, я понимаю, что здесь вещи всех пациентов, когда-либо находившихся в этой лечебнице. Некоторых признавали не опасными, после долгого лечения, превращавшего их в растения, и отпускали, но большинство, проводили здесь всю оставшуюся жизнь, которую, с завидным энтузиазмом, сокращал младший медперсонал. Хоронили больных здесь же, на территории клиники, организовав небольшое кладбище с аккуратными могилками, но этой чести удостаивались лишь те, у кого имелись родственники. Тех, у кого родственников не было, сбрасывали в так называемую «братскую могилу», перемешивая полусгнившие кости со свежими трупами. В будущем меня должна была ожидать та же участь… но я не сумасшедшая.
… «Я видела. То, что не должна была увидеть. Я узнала, гораздо больше, чем мне хотелось бы знать. Но никто не смеет обвинять меня в том, что я лгу. В том, что мои книги это сплошная выдумка, которую я выдаю за правду. Множество тварей прячется в темноте. Чертовы охотники не рассказали, что дальше делать с этой правдой, и теперь поздно сожалеть. Они спасли меня, научили защищаться и прятаться, нападать и убивать. Показали свой дневник, свою коллекцию нечисти, которую начал собирать еще их отец. Я видела. Я знаю. И я не сумасшедшая…».
Отыскать коробку с моей одеждой оказалось не сложно, дотошная кладовщица разложила их по датам и по алфавиту. Мягкие черные кроссовки, черные джинсы и водолазка, сумка, все на месте.
… «Я научилась сливаться с темнотой, быть незаметной как для людей, так и для потусторонних тварей. Они меня не трогали, я не представляла для них опасности, я изучала их. Зная как можно убить каждого из них, я никогда не нападала первой, но и не позволяла нападать на себя… Я пыталась предупредить людей, рассказать, научить защищаться… и чем они мне отплатили… засадили за решетку и напичкали пилюлями… «Люди мне враги, а ведь когда-то были братья. Я на всю округу наложу свое проклятье. Гибнут урожаи, а вокруг чума и голод. И ветра залетные приносят жуткий холод…».
Строчки песни, обожаемой мной в школьные годы, всплывают в моей голове, заставляя сердце биться спокойнее. Одевшись и накинув халат поверх, я выхожу из склада. Нащупав в потайном кармане сумки небольшой предмет, я довольно улыбаюсь. Это маленький серебряный кинжал, величиной всего с ладонь, но его лезвие настолько острое, что может перерезать подброшенную нитку. Неслышно открыв дверь, я захожу в спальню. Сегодня дежурных сестер четверо, но одна кровать пустая, хоть и разобрана. Нет её. Три медсестры уходят из жизни тихо, как и врач, но уже с помощью кинжала. Создав нужную мне обстановку в комнате, я жду…
В коридоре раздаются шаги, сердце вновь забилось с бешеной скоростью. Открывается дверь и в проеме двери появляется грузная фигура в ночнушке. Я жду. Прошлепав босыми ногами по полу, фигура шумно плюхается на кровать, вертится и кряхтит, устраиваясь поудобнее и через несколько минут я слышу сначала легкое посапывание, переходящее затем в богатырский храп. Подхожу к кровати и вглядываюсь в безобразное лицо.
… «Сколько раз эта туша появлялась посреди ночи в проеме двери моей «камеры», сосчитать уже было невозможно. Я ждала её. Я её боялась. Я сопротивлялась, но это было бесполезно. Кожаные ремни крепко держали меня, не давая даже пошевелиться. Она обливала меня ледяной водой, пропускала через мое тело электрические разряды или же просто делала укол, после которого любое движение причиняло нечеловеческую боль. Я часами лежала без движений, боясь даже открыть глаза, и мечтала о том дне, когда я буду «сверху». Он настал, её жизнь теперь принадлежит мне…».
Я бесшумно подхожу к ней и осторожно, чтобы не разбудить, привязываю сначала ноги, а потом руки к спинкам кровати, но моя осторожность излишня, сука спит так крепко, что даже не чувствует моих прикосновений, сейчас я это исправлю. Я включаю свет. Картина, предстающая передо мной поистине ужасна. Три залитых кровью кровати с растерзанными телами на них, кровь везде… небольшие лужицы на полу, брызги на стенах и капли, висящие на потолке. Я постаралась. Мой халат тоже весь покрыт бурыми пятнами, но одежда под ним осталась чистой.
Недовольно поморщившись, медсестра открывает глаза. Несколько мгновений она соображает, где находится и почему не может двигаться. Остановив блуждающий по комнате взгляд на мне, не узнав меня, она зло спрашивает, какого дьявола здесь происходит. Я прикладываю палец к губам и качаю головой, советуя молчать. Вопрос повторяется громче, но короткий удар в челюсть (занятия с ребятами все же не прошли даром) останавливает ее на полуслове. Из рассеченной губы течет тоненькая алая струйка, сучка облизывает разбитую губу и почувствовав вкус собственной крови начинает метаться на кровати, пытаясь освободиться, но петли затягиваются ещё туже. Тонкое серебряное лезвие, блеснувшее в свете лампы, заставляет её замереть, и она заворожено смотрит на кинжал, приближающийся к её лицу. Я вновь повторяю жест, призывающий её молчать, на этот раз она осторожно кивает. «Я сделаю все, что ты скажешь, только не убивай», - шепчет она. Теперь она узнала меня. Удар повторяется сильнее. «Чертова психопатка! Ты окончательно свихнулась от своих выдумок? – Жертва срывается на истеричный визг. - Я не демон и не вампир и не оборотень и не… я не знаю, кого еще ты придумала. Я человек. Не трогай меня!».
… «Жертва… Теперь жертва она… Я наслаждаюсь властью…».
Я заношу руку с ножом для удара, кинжал останавливается в нескольких миллиметрах от её зрачка. Она замирает с все ещё открытым ртом. Она перестает даже дышать, я медленно отвожу лезвие в сторону, чуть касаясь ресниц, кончик кинжала скользит по волосам, затем замирает и я резко провожу им у основания её левого уха. Кусок плоти падает на пол, кровь из раны заливает белую наволочку. От ее вопля у меня закладывает уши, но я снова быстрым движением подношу кинжал к её зрачку. «Хочешь жить?», - произношу я одними губами. Она пытается кивнуть, но боится даже закрыть глаза. - «Тогда заткнись». Поддерживая в ней надежду на спасение, я заставляю её молчать. К рассвету израненный кусок мяса, уже не сдерживаясь, орет во все горло, но я больше не затыкаю ей рот. Наоборот, я всячески поощряю эти вопли стоны и хрипы, звучащие музыкой для меня.
… «Я довольна. Нет, я счастлива, я в безудержном веселье скачу вокруг кровати как ребенок, вокруг долгожданного подарка. Она мой подарок, подарок самой себе на новоселье в новую жизнь. Мне выпал удачный билет и я не упустила свой шанс…».
С притворной жалостью смотрю на искалеченное тело, сквозь симпатичные занавески в мелкий цветочек, пробиваются первые солнечные зайчики, они играют на стенах и потолке, отражаясь в серебре кинжала, обходя стороной, запекшиеся на нем пятнышки крови. Пора заканчивать. До наступления рабочего дня нужно успеть выбраться из города.

Часть 2

Тот, кто не смог обидчика простить,
Кого терзает лишь желание отомстить.
Кто жаждою возмездия живет,
Тот в пламя преисподней попадет…

Я выхожу за ворота и подставляю лицо восходящему солнцу, его лучи ласкают мои щеки, легкий утренний ветер шевелит мои волосы, от удовольствия закрываю глаза. Потягиваясь, я поднимаю руки навстречу новому дню и новой жизни, но… не могу опустить их обратно. Будто сверху меня кто-то поймал и держит, я дергаю сильнее, но запястья отвечают жгучей болью. Я открываю глаза и вижу над собой больничную лампу. Непонимающе оглядываюсь по сторонам, я в своей палате, на своей койке, руки и ноги привязаны ремнями. Мои глаза удивленно распахиваются, когда ко мне подходит доктор, тот самый, которому я проломила голову. Живой и здоровый, он берет мою руку, проверяя пульс, улыбается мне и подходит к моей соседке. Процедура проверки пульса повторяется. Я тупо разглядываю его и замечаю крошечный шрам на виске, там, куда пришелся удар, но он отворачивается, и я убеждаю себя в том, что мне это всего лишь показалось. «Тебе опять приснился кошмар?», - сочувственно интересуется соседка, моя первая жертва. – «Ты какая-то испуганная». Отворачиваю голову к стене, в надежде, что меня оставят в покое, если притворюсь спящей. Нужно все обдумать, понять что произошло. Это не может быть просто сном… До боли знакомый голос заставляет вздрогнуть и повернуть голову. Я вжимаюсь в кровать и стараюсь затеряться в складках покрывала. Слезы застилают глаза. Жирная туша подплывает все ближе. Я с ужасом гадаю, какую пытку она придумала на этот раз и не могу отвести от нее, полный отчаянья взгляд. Она подходит и наклоняется надо мной, проверяя, крепко ли привязаны мои руки, прядь сальных волос падает на лицо и она резким, нетерпеливым жестом заправляет ее обратно в прическу, прикрывая страшный бордовый шрам,… там, где должно было быть её левое ухо…
Конец.

Комменты оставлять обязательно!!!


Всегда настороженно осторожна...
"Почему, когда ты обращаешься к богу - это молитва, а когда он к тебе - это уже шизофрения..."

 
Keisy2007Дата: Пятница, 22-Май-2009, 20:18 | Сообщение # 10
Аватара нет
Группа: Удаленные





IBlakCat потрясающий рассказ... Если, правда, у меня даже слов нет. Я до сих пор нахожусь под впечатлением. Мурашки бегают по спине. Бррр!!!! Короче говоря, просто полный отпад!!! Мне очень понравился твой художественный стиль писания. Читается легко, нигде не спотыкаешься, не возвращаешься обратно, если вдруг предложение оказалось не понятным. Все и везде прописано до мельчащих деталей. Молодец!!! Я в восторге, от твоих шедевров!!!

good good good good good good good good smile smile smile smile smile smile smile

 
IBlakCatДата: Понедельник, 25-Май-2009, 10:23 | Сообщение # 11
Призрак
Группа: Охотники
Сообщений: 396
Статус:
Спасибо ОГРОМНОЕ!!! Оч.приятно... dry

Всегда настороженно осторожна...
"Почему, когда ты обращаешься к богу - это молитва, а когда он к тебе - это уже шизофрения..."

 
АсфодельДата: Понедельник, 25-Май-2009, 20:37 | Сообщение # 12
Аватара нет
Группа: Удаленные





IBlakCat, Браво! applause Мне очень понравилось! Keisy2007 права, читается очень легко, а детали придают рассказу ужасающую реалистичность. Молодец, с нетерпением жду следующих произведений smile
 
stormyДата: Среда, 27-Май-2009, 00:03 | Сообщение # 13
Аватара нет
Группа: Удаленные





IBlakCat, Браво! КРУТО!!!!!
 
IBlakCatДата: Среда, 27-Май-2009, 10:54 | Сообщение # 14
Призрак
Группа: Охотники
Сообщений: 396
Статус:
Асфодель, stormy, Спасибо!!! Я очень рада, что вам понравилось!!!

Всегда настороженно осторожна...
"Почему, когда ты обращаешься к богу - это молитва, а когда он к тебе - это уже шизофрения..."

 
JlerioHДата: Вторник, 23-Июн-2009, 14:41 | Сообщение # 15
Начинающий охотник
Группа: Охотники
Сообщений: 63
Статус:
Что-то тут совсем кисло стало. Дабы хоть чуть-чуть оживить тему - выложу небольшой очерк. Посмотрим что будет.
Ни жанр, ни оценку выставлять не буду - пусть каждый решит сам. Итак.........
Часть № 1.
Тишина. Я люблю тишину. В ней я могу забыться. Тишина – это мой спасительный островок в буйном море повседневности. Там я могу отдохнуть от «настоящего» мира, от окружающих меня людей, от самого себя. Там я могу забыть то, что наделал, то кем я стал. Точнее то, во что я превратился. Я изменился. Я даже не помню, когда именно это произошло, что послужило причиной. Боль холодной волной прокатывается по всему телу. Вырывает меня из сладкого оцепенения, возвращая в этот мир. Они склонились надо мной. Я не вижу их лиц, лишь два тёмных силуэта, нависших надо мной. Я снова закрываю глаза. Сейчас всё закончиться. Я знаю это. У меня не осталось ни сил, ни желания сопротивляться, лишь отрывки моей никчёмной и бесполезной жизни проносятся в голове. Почему же так произошло? У меня есть ещё пара секунд, чтобы вспомнить............................

Начало пути...................
Я точно помню, что не всегда был таким. Раньше я думал, верил, жил иначе. Наверное, это началось когда мне было 14 лет. До этого я рос самым обычным ребёнком. Ничем не примечательным – у меня были интересы как у других ребят, вкусы, мысли, мечты. Таких, как я - миллионы по всей земле. Но потом вдруг настал период, когда за короткий отрезок времени ушли из жизни много родных и близких мне людей. Это было сильным ударом для меня. Я долгое время не мог поверить в произошедшее. Наверное, именно тогда произошёл «надлом» внутри меня. Я стал видеть смерть повсюду. То авто-авария, то несчастный случай. Самое страшное, что я стал привыкать к этому........ а потом, я сам попал в авто-аварию. Клиническая смерть – это не то, что я хотел бы пережить ещё раз. Медики буквально чудом смогли вытащить меня с того света. Лучше б они этого не делали. Может, тогда удалось бы избежать всего этого ужаса? А может, они вовсе не меня вернули с того света? Наверное, так и есть. После этого я лежал в больнице месяц. Там я вдруг осознал, что совершенно перестал видеть сны. Закрывая ночью глаза, я как будто проваливался во тьму. Я не видел больше снов. Никогда. Выйдя из больницы, я вновь вернулся к «нормальной» жизни. Поступил в институт. Но внутри осталась какая-то холодная пустота в груди. Как будто оттуда что-то вынули. Что-то очень ценное и дорогое, что-то без чего никак нельзя жить. Но я тогда подумал что справлюсь. Я должен был справиться..........

Перерождение.
Я справлюсь. Я думал, что справлюсь. Я жил «обычной» жизнью, окончил институт, устроился на работу в государственное хранилище начальником юридического отдела. Бумаги – работа, работа – бумаги. Я уже почти забыл о том, что мне пришлось пережить, и лишь ноющая, пожирающая меня изнутри, пустота не давала покоя. Но кому-то сверху этого показалось мало. К этой пустоте добавилось новое чувство – ненависть. Нет, не та ненависть, которой мы ненавидим нашего недруга или соперника. Абсолютная, не направленная ни на кого конкретно, ненависть. Она как раковая опухоль росла внутри меня. Я чувствовал это, я думал, что смогу справиться с этим. Окружающие люди стали вызывать у меня ненависть по самым простым, невинным причинам: громкий смех, кашель, «пристальный» взгляд, и ещё целая уйма других «причин». Я старался не поддаваться этому, старался заглушить её. Днём я вежливо улыбался и шутил с друзьями и коллегами, да и просто со случайными людьми, а ночью брал длинный кинжал с кривым лезвием и подолгу рубил ночной воздух, выплёскивая всю ненависть, накопившуюся за день. Кинжал..... откуда у меня взялся этот кинжал? А, вспомнил! Я купил его за бесценок у какого-то коллекционера. И где я нашёл этого коллекционера, зачем купил? Не помню..... И вот, однажды ночью я понял – я не могу больше терпеть, я не могу больше сдерживаться. Я должен это сделать. ДОЛЖЕН!

Начало Большой охоты.

В ту ночь я не смог заснуть. Боль, страшная боль разрывала грудную клетку и голову на части. Мысли тенями носились в воспалённом сознании: «почему так больно? откуда эта боль? за что меня так наказали?!». Я пытался найти ответы на эти вопросы, понимая, что больше не выдержу этой боли. Почему же я задал тогда себе тот роковой вопрос, я ни тогда, ни сейчас ответить не смогу, но всё же он прозвучал: «ну что же мне сделать чтобы она прекратилась?!»........и тут в голове всплыла очень ясная и чёткая мысль.....как будто кто-то подсказал: «не можешь жить своей жизнью – возьми чужую»......И тут я понял, что должен сделать. Я встал с постели и быстро стал одеваться. Быстро одев, чёрню рубашку и штаны я скользящими шагами прошёл в прихожую. Обув полуботинки с мягкой подошвой, почти без протектора – в такой легко можно было двигаться почти бесшумно, я открыл шкаф, где лежал кинжал. Это оружие всегда вызывало у меня священный трепет. Я осторожно достал его и прикрепил к поясу. Подойдя к двери, аккуратно открыл её и замер на пороге......боль. Её больше нет! Я прислушался к своим ощущениям – ни следа боли, волнения, ничего не осталось. Только спокойствие и уверенность. Всё......обратной дороги нет. Значит так тому и быть! Я осторожно закрыл за собой дверь и вышел на улицу – ночь приняла меня в свои объятия. Я вдохнул ночной воздух – это было незабываемое ощущение. Я медленно двинулся по пустой улице, прижимаясь к стене дома, оставаясь в тени. Глаза прекрасно различали в царившем на улице полумраке даже самые мелкие объекты. Сегодня кто-то точно не вернётся домой. Мне было всё равно кто это будет, любой случайный прохожий, первый встречный мне человек должен умереть. Ведь если он не умрёт - боль вернётся. А я больше не хотел этого. «Ах, вот даже как?! Теперь я ради себя любимого готов убивать всех подряд, лишь бы боль больше не возвращалась?!» Эти мысли вдруг пронеслись в моей голове как ураган. Я остановился. Но тут впереди из-за угла дома вышел человек, его слегка пошатывало. На вид ему было лет 30-33, явно возвращался домой после хорошего застолья с друзьями. Не знаю, что со мной дальше произошло – всё как будто происходило не со мной, а с кем-то другим. Это кто-то другой, крадясь в тени зашёл ему за спину, это кто-то другой схватил его сзади за подбородок левой рукой и резко рванул подбородок вверх и влево, это кто-то другой следующую в следующую секунду полоснул кривым лезвием кинжала по шее. И тут, я из стороннего наблюдателя переместился на место «главного героя». Передо мной, тихо хрипя, оседало тело ни в чём не повинного прохожего, мои руки слегка подрагивали....залиты тёплой кровью. Глухой удар. Я вздрогнул. Это голова прохожего ударилась об асфальт, от тела уже бежала струйка чего-то тёмного. Я стоял и смотрел на всё это и не мог насмотреться. Вдруг из-за дома послышались голоса и смех, и я тут же сорвался с места, и бежал, бежал, бежал. Не помню, как вернулся домой. Придя в себя, я быстро побежал в ванную, вымыл кинжал и руки, спрятал кинжал обратно в шкаф и рухнул на постель. Я смотрел вверх, на потолок, наблюдая причудливую игру теней. С улицы раздался пронзительный крик. Его обнаружили. Ну и ладно, вроде, никто меня не видел. «Хорошо. Хорошо??!! Я только что убил человека!». Я прислушался к ощущениям – ничего. Ни жалости, ни страха, ни испуга. Ничего! Только спокойствие.......какое-то ледяное спокойствия...прямо как пустота, что жила у меня внутри столько лет. И ещё одно чувство было внутри. Нет, не радость, не желание крови и плоти, а .... наверное, удовлетворение, как будто я сделал работу, которую мне давно поручили, а я всё откладывал её выполнение. Теперь она сделана. Нет, она не сделана – она только началась. В ту ночь я закрыл глаза и снова провалился во тьму, и ,на этот раз, она приняла меня в свои ласковые объятия. Боль исчезла, и я смог спокойно отдохнуть. Впереди много работы.

Жатва
С той ночи я регулярно выходил на охоту. Почти каждую ночь, я тенью скользил по улицам города, таясь в кустах, прячась в тёмных углах. Поджидал в ночи, словно какой-то зверь, охотившийся в своих владениях. Нет, не зверь – монстр. Звери охотятся, чтобы выжить, прокормиться, они никогда не убивают больше, чем им надо. Да.....я стал монстром. Я убивал так, как будто всю жизнь этим занимался. Я знал, как надо выслеживать, подкрадываться, как нужно хватать жертву, в какие места нужно бить, чтобы убить жертву наверняка....и как потом скрыться в ночи, что бы никто не смог меня выследить. Это само собой всплывало в моей голове, как будто кто-то шептал мне всё это на ухо. Иногда мне казалось, что я действительно слышу голоса, я даже отвечал им. Может, я сошёл с ума? Нет, я не сошёл с ума – я точно знал, что когда и как надо было делать, моими действиями руководил холодный разум, а не чувства. Вот только мой ли разум? Но кем же я был? Охотником, выслеживающим свою добычу? Нет......не охотник – не было у меня ни инстинктов, как у зверя, ни спортивного интереса, как у человека. Это была просто работа, самая обычная работа.........и я взял тогда себе имя – Жнец. Жнец человеческих жизней. Он просто делал свою работу.....я просто делал свою работу. По городу поползли слухи о маньяке-убийце, охотящимся на людей. Люди стали реже ходить по ночам, опасаясь за свою жизнь. Стало сложнее «работать» - меньше людей гуляло по улицам, повсюду стояли посты милиции, на главных улицах поставили видеокамеры. Но я всё равно находил свою цель. Голоса всегда подсказывали мне, когда и куда нужно было идти, где могла ждать засада. И я с лёгкостью обходил их. Я стал ужасом, который наводнил этот город.....счёт жизней перевалил уже за сотню. И я уже не мог остановиться, даже если бы захотел....да я и не хотел. Не знаю, зачем я стал рисовать этот символ кровью своей очередной жертвы. Когда начал? Зачем? Что означал этот символ? Я не знал. Это был треугольник, внутри которого был заключён змий........или дракон, вокруг которого были нарисованы символы, смысл которых я не понимал. Что он значит? Образ этого символа просто «всплыл» у меня в голове, и я его нарисовал. Потом опять. Потом стал рисовать рядом с каждой своей жертвой её же кровью. Я не знаю, как долго это продолжалось – время для меня перестало что-то значить.
Ого! По новостям объявили, что в городе орудует одержимый сектант! Ну, надо же. Ну, оно и лучше – мне меньше проблем.

Охота на жнеца
Сегодня мне на работе выдали премию. Сегодня был удачный день.......и похоже не менее удачная ночь меня ожидает. Уже вечер – 10 часов. Надо ускорить шаг – успеть придти домой, поесть, переодеться и.......это ещё что за два придурка прут прямо на меня??? Совсем блин обнаглели! Ещё и локтём меня задел, ну попадись ты мне ночью. Это было последнее, что я успел подумать перед ударом по затылку......в глазах потемнело. Последнее что запомнил – асфальт рванувший мне на встречу. Гул в голове....что за ерунда? Я открыл глаза – надо мной стоят двое. Это не гул – это они что-то обсуждают........а, кстати, где я? Кусты какие-то.....не то лес, не то парк. Ааааа...припоминаю – это они мне по голове саданули чем-то. Только что им надо? Неужели..............
«Это точно он? Что-то не похоже......хилый какой-то. Не ошиблись ли?» - спросил высокий парень лет 27, с короткой стрижкой и светлыми волосами.
«Точно он. Как будто ты не знаешь – для них комплекция не главное. Они вообще хоть ребёнком стать могут. Сейчас проверим» - ответил мужчина лет 35, чуть пониже своего товарища, тоже с короткими волосами и уродливым шрамом на лице.
Резким движением он плеснул мне из фляги какой-то жидкости прямо в лицо. Глаза защипало, я стал отплёвываться.
«Странно......никакой реакции. Ну, всё равно, отпускать его нельзя. Кем бы он ни был» - раздался голос того, что со шрамом.
Я ничего не мог разглядеть из-за того что они мне залили глаза........ Тишина «повисла» в воздухе...
«Вы что совсем охренели?! Отпустите меня!!» - закричал я что было сил.
«А ну заткнись, падаль!» - после чего последовал сильный удар ноги по рёбрам.
Я замолчал.......Тишина. Я люблю тишину. Я не вижу их лиц, лишь два тёмных силуэта нависших надо мной. Сейчас всё закончиться. Я закрыл глаза и просто ждал.......вдруг раздался резкий вскрик, звук удара......... что-то горячее выплеснули мне на лицо.....горячее?
Что за?!
Продолжение следует . Наверное.


Детям из АДА солнца не надо.

Сообщение отредактировал JlerioH - Вторник, 23-Июн-2009, 16:15
 
stormyДата: Вторник, 23-Июн-2009, 16:26 | Сообщение # 16
Аватара нет
Группа: Удаленные





JlerioH, СТРАШНОВАТО, МРАЧНО.... НО ИНТЕРЕСНО.... СПАСИБО... ЕСТЬ НАД ЧЕМ ЗАДУМАТЬСЯ.... applause
 
NataliaBlackДата: Понедельник, 06-Июл-2009, 21:56 | Сообщение # 17
Аватара нет
Группа: Удаленные





Вот недавно нашела на просторах интернета историю любви. Сюжет, как сюжет, но что-то все же цепляет.
================================ = = = ==========================

Одиночество…
Какое это страшное слово…
Одиночество… В этом слове черная беспросветная тоска и так много боли, что порой тебе, кажется что ты, вот-вот, сойдешь с ума. И каждый человек на Земле стремиться избежать его. Каждый, но не я…

Одиночество…
Сначала я боялась его, но теперь оно стало моим постоянным спутником жизни, частичкой меня. Кто-то считает меня сумасшедшей, но для меня это единственный способ сбежать от боли, от воспоминаний. Но каждую ночь, вот уже на протяжении долгих пяти лет, воспоминания оживают с новой силой, затягивая меня в водоворот тех событий, событий, которые я тщетно пытаюсь забыть. И нет выхода. И нет способа избавиться от них. Это было так давно, но каждую ночь я не в силах справиться с вернувшейся реальностью.
Одиночество – единственный способ спастись от боли…
Потому что ВСЕ, все, что меня окружает, напоминает о нем. В каждом мужчине я искала Его. В каждых глазах искала ТОТ взгляд… Но понимала, что это бесполезно. Я знала, еще чуть-чуть, и я сойду с ума…
Одиночество. Единственный выход. Впустить его в себя. Захлопнуть душу, закрыть все там, глубоко. Закрыть там Его…
Мне это почти удалось. Но память неподвластна мне… Я научилась не думать, но я не могу забыть. И каждую ночь я вспоминаю Его, Его и Его глаза. Глаза цвета неба, которые перевернули мой мир…
**************************************************
Шестнадцать лет. Наверно, это самый прекрасный возраст. Когда тебе шестнадцать, кажется, что твои возможности безграничны и весь мир у твоих ног…
Такой же была и я. Молодой, красивой, дерзкой и бесшабашной. Я считала, что могу свернуть горы и переплыть океаны. Словом, мне было шестнадцать и я наслаждалась жизнью. В то время меня мало волновали проблемы других людей, их мысли и слова. Мне было плевать, что они говорили обо мне. Я просто жила и отрывалась на всю катушку. И казалось, что уже ничто не сможет этого изменить…
- Хватит! Мне надоело это терпеть! – бушевала моя мать. – Ты стала совсем неуправляема! Твои выходки невыносимы! Ты шляешься где-то по ночам! Вся твоя одежда пропахла сигаретным дымом! Мне стыдно за тебя!
- А мне нет! – крикнула я в ответ. – Я буду делать то что хочу, и ты мне не указ!
- Хамка! Как ты смеешь так со мной разговаривать?! Что я сделала тебе плохого? Я никогда тебе ни в чем не отказывала, а взамен получаю это?! Мы с отцом всегда старались дать тебе все самое лучшее и это твоя благодарность?! Мне стыдно на улицу выйти! Соседи только о тебе и говорят!
- А мне плевать на них! – заорала я. Меня аж всю трясло от гнева. Да как они смеют лезть в мою жизнь? Мне уже не пять лет! – Мне на все плевать! Это моя жизнь! Моя, и я буду делать все, что хочу! И буду жить как хочу!
- Мое терпение лопнуло! – закричала мать. – Завтра же ты уедешь в деревню! На все лето!
- И не подумаю! Как вы все меня достали!!!
Я выскочила на улицу, хлопнув дверью. В тот вечер я сильно напилась. А когда вернулась под утро домой, то возле двери меня ждал отец вместе с моим чемоданом. Все уже было решено. И я поняла, что лето, которое, как я думала, станет одним из лучших в моей жизни, грозило обернуться настоящим кошмаром.

Я следила за тем, как убегает серая лента дороги, унося вместе с собой мои надежды на веселое лето. Отец молча вел машину. За те полтора часа, что мы провели в пути, он не проронил ни слова. Он вообще со мной не разговаривал, и это было хуже всего. Мать могла орать на меня сколько угодно – мне было все равно, но отец…
- Может, ты хоть слово мне скажешь? – отворачиваясь от окна, спросила я.
- Зачем? – в свою очередь спросил он.
Я растерялась…
- Ну… Просто так…
- Раз просто так, значит незачем! – отрезал отец и вновь замолчал.
- Что происходит? – взорвалась я. Мне стало очень обидно и… больно.
Отец резко нажал на тормоз. Я испуганно вскрикнула. Отец несколько секунд молча смотрел на дорогу, а потом повернулся ко мне.
- Ты разочаровала меня! – он посмотрел мне в глаза. – Всю жизнь я пытался дать тебе только самое лучшее, то, чего был лишен сам! Нас было четверо детей, четверо голодных ртов, которые надо было прокормить. Отец ушел, он бросил нас! Мать вкалывала на стройке с утра до ночи, что бы мы могли есть! Я бросил школу и пошел работать что бы помочь матери, когда мне было четырнадцать! В то время, когда мои сверстники играли в футбол, я разгружал вагоны, пытаясь заработать лишнюю копейку, что бы мои сестренки ни умерли с голоду!
Я потрясенно молчала. Никогда раньше я не видела своего отца таким. Я привыкла к тому, что он всегда был сильным, был лидером, главой семьи. А сейчас в его глазах стояли слезы!
- Папа, я…
- Ты всегда получала то, что хотела! О том детстве, что было у тебя, я мог только мечтать! А ты платишь черной неблагодарностью! Неужели я это заслужил?!
И не говоря больше ни слова, отец завел мотор. Я была потрясена. Больше всего, сейчас, мне хотелось броситься к нему на шею и разреветься, попросить прощения за всю ту боль, что причинила ему. А отец погладил бы меня по голове, и сказал, что все будет хорошо как когда-то в детстве. И я поверила бы ему, его доброму и мягкому голосу. Поверила бы своему любимому папочке…
Но этого не произойдет. Теперь, мы словно чужие! Я поспешно отвернулась к окну, что бы отец не заметил слез, которые катились по моим щекам.
… Деревня Иванки, где жила моя бабушка, находилась в 150 километрах от Москвы где-то в Смоленской области. Это была маленькая деревушка с одним магазинчиком, аптекой и сельским Домом культуры. Ближайший город находился на расстояние в двадцать километров. В общем, тоска смертная. И вот, в этой глуши мне предстояло провести долгих три месяца.
Отец остановил машину возле высокого забора. Я нехотя вылезла и осмотрелась. Дом бабушки был большим одноэтажным сооружением, в окружение огромного зеленого сада. Отец вытащил из багажника мой чемодан и вошел во двор. Я потащилась за ним. Из дома, навстречу нам, вышла пожилая женщина – моя бабушка.
- А мы вас уже заждались! – воскликнула она. – Марина, какая ты стала большая!
Я кисло улыбнулась. Меня мучило какое-то странное предчувствие, не надо было здесь оставаться.
- Ну что же вы, заходите в дом! – гостеприимно предложила бабушка.
- Я должен ехать, мам! – он поцеловал бабушку и, кивнув мне, пошел к машине.
Вдруг во мне поднялась такая волна безудержного страха, что я едва не задохнулась от ужаса. Повинуясь внезапному порыву, я бросилась к отцу, и, повиснув у него на шее, заревела во все горло.
- Папочка, пожалуйста, не оставляй меня здесь! Забери меня домой! – слезы градом катились по моему лицу. Не знаю почему, но это место вызывало во мне ощущение чего-то страшного. – Не бросай меня тут! Забери меня!
Отец удивленно посмотрел на меня, потом его взгляд вновь стал жестким:
- Что за ерунда?! Тебе здесь будет хорошо!
Он с силой разжал мои руки и сел в машину. Я бросилась к нему, и, стуча ладонями по стеклу, просила не оставлять меня. Но отец завел мотор и резко рванул с места. Я упала на колени.
- Папочка! Пожалуйста! Не бросай меня! Не уезжай! – я выла белугой.
- Ну-ну, успокойся! – бабушка обняла меня за плечи. – Пойдем в дом, все будет хорошо!
Я лежала на кровати и уже в пятый раз перелистывала журнал. С момента моего заточения прошло уже две недели. А позавчера у меня закончились деньги на мобильном, и связь с внешним миром была утеряна окончательно. Хотелось курить, но сигарет не было и наличности тоже. Отец оставил бабушке какую-то сумму на мои расходы, но под строгим запретом выдачи их мне, кроме как «только на самое нужное». В общем, это был концлагерь, хоть и без колючей проволоки.
Я перевернулась на спину и посмотрела в потолок. За те две недели, что я тут провела, я слегка пообвыклась, но предчувствие беды меня не оставляло. Ночью, мне снился сон, словно я падаю в черную бездну и падение это бесконечно. Я кричу, но из горла не вырывается ни звука. Я просыпалась ночью от собственного крика и долго потом не могла уснуть. А еще я стала бояться темноты, казалось, она поглощает меня, забирая все то светлое и счастливое, что еще осталось во мне.
В комнату вошла симпатичная черноволосая девушка. Это была моя двоюродная сестра Алина, с которой я делила комнату. Она была на пол года младше меня, но обладала очень веселым характером.
- У меня к тебе предложение, - тут же начала она. – Пойдем вечером на дискотеку?
- Интересно, что я забыла в вашей развалюхе? – хмыкнула я.
- Да ладно тебе, - Алина села на свою кровать. – Ты целыми днями дома торчишь! Не надоело?
- Нет, - равнодушно ответила я.
- Пошли, сходим. Сегодня Макс с компанией приезжает! Я вас познакомлю!
Новое имя заинтересовало меня. Решив, что небольшая встряска мне не повредит, я согласилась. В конце концов, если я и дальше буду оставаться наедине со своими мыслями, то к концу лета просто свихнусь. Алина вышла из комнаты. Я подошла к большому зеркалу и взглянула на себя. Медного цвета волосы, мягкой волной ниспадали на плечи, зеленые глаза печально смотрели из-под густых ресниц. Я кисло улыбнулась. Внезапно, я почувствовала, как пустота затягивает меня..
Что за бред?! Я отошла от зеркала, похоже у меня крыша и впрямь едет!
Я подошла к бабушке за деньгами.
- Мы в клуб идем, - произнесла я.
- Конечно, конечно! – бабуля была чрезвычайно рада тому, что я наконец-то выйду из дома, и выделила мне небольшую сумму денег. – Сходи, милая, развейся!
В девять вечера я, одетая в драные джинсы «клеш» и открытую оранжевую майку, и Алина вышли из дома. Мы зашли в местный ларек и я купила себе сигарет. Пополнив свои запасы, мы пошли на дискотеку.
У клуба уже собралась приличная толпа ребят. На нас, а в частности на меня, все поглядывали с любопытством. Еще бы, здесь все друг друга знали, и появление нового лица вызвала естественное любопытство. Алина увидела кого-то в толпе.
- Постой тут, я сейчас приду! Только ни с кем не связывайся! – она убежала.
Я прислонилась к спине и, достав сигарету, закурила. И зачем я сюда пришла? Скука смертная! Я закрыла глаза, втягивая в себя сигаретный дым. Почему-то он уже не казался мне таким приятным как раньше, наоборот, в горле остался неприятный привкус горечи.
- Эй! Дай сигарету! – услышала я хриплый женский голос. Я медленно открыла глаза. Прямо передо мной стояли три девушки, едва ли старше меня. Одна из них, повидиму лидер, нагло смотрела на меня. У нее были короткие черные волосы и сильно накрашенные глаза. Больше всего я ненавижу, когда кто-то пытается строить из себя крутизну. Я равнодушно скользнула по ним взглядом и отвернулась.
- Ты че, оглохла?! – похоже, девица начала выходить из себя.
Я затянулась и выбросила сигарету.
- Ты ко мне обращаешься? – наконец, соизволила я обратить на них внимание.
- Сигарету дай! – повторила девица.
- Это была последняя, - сказала я, хотя в кармане была полная пачка. Я не жадная, просто ненавижу, когда мне хамят. Все трое удивленно переглянулись. Похоже, они не ожидали увидеть такого полного равнодушия к своим персонам, неизвестно от кого.
- Ты вообще кто такая? – нагло и угрожающе спросила черноволосая девица.
- А тебе какое дело? – огрызнулась я. Эта троица порядком начала мне надоедать. – Иди, куда шла!
- Ты охренела?! – взбесилась девица. – Проблем захотела?!
Похоже, назревала ссора.
- Марго, отстань от нее! – раздался над моим ухом голос Алины. – Это моя сестра!
Все три девушки посмотрели на Алину. Она стояла и неодобрительно смотрела на них.
- Это – моя сестра, поэтому, все свободны! – И, не говоря больше им не слова, Алина взяла меня за руку и повела внутрь. Мы остановились в фойе. – Говорила же тебе, не ввязывайся ни во что!
- А это кто? – в свою очередь спросила я.
- Маргарита Романова со своими припевалами, мерзкая девица! – ответила Алина. – Меня не трогает только потому, что я тусуюсь в компании Макса. А Марго уже давно в него влюблена! Иногда мне кажется, что она совсем отмороженная! Ладно, пошли, Макс с ребятами уже в зале.
Мы вошли в зал и меня сразу оглушила музыка. Конечно, с московскими клубами это не сравниться, но, если не особо придираться, то сойдет.
- Наши ребята вон там! – проорала мне в ухо Алина, показывая куда-то в угол.
- Что ты говоришь? – переспросила я, тщетно пытаясь что-то расслышать. Вместо ответа, она схватила меня за руку и потащила в угол.
- Вон они! – я увидела группу ребят и девушек. В этот момент, один из ребят повернулся к нам, и я замерла пораженная.

Добавлено (06.07.2009, 20:46)
---------------------------------------------
Никогда в жизни, я не видела такого красивого юноши. Он был высокого роста с широкими плечами и хорошо развитой мускулатурой. Черты его лица были чуть резковаты, но это добавляло ему мужественности, иссиня-черные волосы ниспадали на лоб, но больше всего меня поразили его глаза. На вид ему было лет девятнадцать, двадцать. Я продолжала изучать его, когда он вдруг посмотрел прямо на меня. Стоило мне взглянуть в его глаза, я почувствовала, как у меня засосало где-то под ложечкой. Никогда раньше я не видела таких глаз! Даже в полумраке зала я рассмотрела их цвет – пронзительный, голубой цвет неба.
- Пошли, я познакомлю тебя с ребятами! – голос Алины вывел меня из оцепенения, и я потопала следом за ней к ребятам.
- Привет, Алина! – улыбнулся парень с глазами цвета неба.
- Привет! – засияла Алина. – Макс, знакомься, это моя двоюродная сестра Марина!
- Очень приятно! – юноша пожал мою руку. Я заворожено смотрела на него.
Алина тем временем продолжала представлять мне остальных ребят: - Это Олег, это Дима, это Игорь, это Ольга, это Карина, это Лиза, это Саша. А это моя сестра Марина.
Я честно пыталась запомнить все имена, но передо мной все время стоял взгляд цвета неба. Поняв, что выгляжу как дура, я взяла себя в руки.
- Пошли танцевать! – предложила Карина, красивая девушка с густыми каштановыми волосами, и взяв меня за руку, потащила в центр зала.
Танцевать я любила всегда, но отчего-то сейчас, чувствовала себя зажато. Видя, как ритмично двигаются девчонки, я попыталась сделать то же самое, но выглядела как корова на льду. Я разозлилась на саму себя – это все глаза цвета неба, это они выбили меня из колеи. Я закрыла глаза, и представила, что нахожусь в этом зале одна. Не было никого кроме меня и музыки. Я почувствовала, как музыка проходит сквозь меня, впитываясь каждой клеточкой моего тела…
Музыка закончилась. Я открыла глаза – девушки, и половина зала, смотрели на меня раскрыв рот.
- Ты потрясающе танцуешь! – восхитилась Ольга. – Где училась?
- Нигде, - улыбнулась я. – Просто очень люблю танцевать и хорошо чувствую музыку!
Заиграла красивая лирическая песня Сары Конор. Все мгновенно разделились на пары, я отошла к стене.
- Можно пригласить тебя на танец? – раздался над моей головой немного хриплый, бархатистый голос. Я подняла голову. Макс смотрел на меня и улыбался.
- Я… - сама не знаю почему, но я колебалась.
- Ты мне не доверяешь? – Максим не отрываясь смотрел на меня, а в его глазах цвета неба плясали дьявольские огоньки. Это был вызов…
- Почему же? – улыбнулась я и взяла протянутую руку.
Максим вывел меня на середину зала и обнял за талию. Он был выше меня почти на голову, а моя макушка едва доставала ему до подбородка. Я почувствовала жар его ладоней через тонкую ткань майки. У меня задрожали колени. Да что это со мной?! Ни один парень никогда не вызывал во мне такую бурю эмоций. Мои руки принялись блуждать по его спине, тщательно изучая каждый миллиметр тела.
- Что ты делаешь? – раздался шепот возле моего уха. Горячее дыхание опалило кожу, заставив меня содрогнуться от истомы, прокатившейся по телу. Боже, что происходит?! Я знала его всего пол часа, а мое тело уже ТАК реагирует на него.
- Ничего, - отчего-то также шепотом, ответила я.
- Ах, ничего… - протянул Макс, и я почувствовала, как его ладони двинулись вверх по моей спине, так же тщательно изучая мое тело. Когда он коснулся обнаженной кожи на спине, у меня перехватило дыхание. Его пальцы нежно ласкали мою шею, и особо чувствительное место на затылке. Я изнывала от желания прильнуть к нему, почувствовать вкус его губ. Внезапно, я осознала, что безумно его ХОЧУ! Резко вырвавшись из сладкого плена его крепких объятий, я выбежала на улицу.
Ночной воздух немного привел меня в чувство. Я прижалась спиной к холодной стене и закурила. Рука дрожала, когда я подносила сигарету ко рту. Я задумалась над тем, что произошло в зале. Я знала Макса всего пол часа, и то, только его имя. Кто он, сколько ему лет, чем он живет – этого я не знала, я вообще ничего о нем не знала. И, тем не менее, я таяла в его объятиях подобно снегу у раскаленной печи. Никогда в жизни со мной не происходило ничего подобного! Одно прикосновение его рук и я была готова отдать… О, Господи!
А он опасен, он очень опасен – это я поняла сразу, как только взглянула в его глаза. Нет, мне нельзя смотреть в эти глаза, глаза цвета неба! Нельзя, иначе я натворю столько глупостей, о которых сама потом буду жалеть! От него вообще нужно держаться подальше, иначе я потеряю голову…
- Почему ты ушла? – я подскочила от неожиданности. ОН подошел так тихо, что я, поглощенная своими мыслями, этого даже не заметила. Я боялась обернуться, я уже поняла, Кому принадлежит этот голос! – Извини, я не хотел тебя напугать!
Я выгляжу полной идиоткой, все-таки надо обернуться. Я не торопясь закурила еще одну сигарету и глубоко вздохнула, стараясь унять дрожь в руках.
- Ты вовсе меня не напугал! – соврала я. Меня напугали мои чувства, добавила я про себя оборачиваясь. И тут же наткнулась на пронзительный взгляд голубых, как небо, глаз. Полная луна озаряла своим серебристым светом все вокруг, и в этом свете, глаза Макса приобрели необычный оттенок – оттенок грозового неба. Я уставилась в землю, сосредоточенно изучая мысы своих кроссовок.
- Где Алина? – спросила я, нарушая затянувшееся молчание.
- Там, танцует с Олегом, - спокойно ответил Макс. – Как ты тут оказалась?
- Родители отправили в ссылку! – Максим улыбнулся, обнажая ряд белоснежных зубов. Я снова почувствовала дрожь в коленях. Не смотри на него! – приказала я себе, разглядывая окружающий пейзаж.
- За что? – вновь поинтересовался он.
- Была одна темка, - неохотно ответила я. Вспомнив отъезд отца, мне захотелось разреветься. – А ты откуда?
- Москва, метро «Проспект Мира», - ответил Максим. Я вытаращила глаза.
- Да ладно?!
- А что?
- Я тоже там живу!
- Правда? – удивился Максим. – Какое замечательное совпадение!
- Это еще почему? – в свою очередь удивилась я.
- Живем рядом, а встретились за сто пятьдесят километров от Москвы.
- Да, действительно забавно, - потихоньку я начала приходить в себя. Моя зажатость начала проходить, уступая место легкому веселью. Подул прохладный ветерок, и я тут же продрогла, кожа покрылась мурашками.
Максим молча смотрел на меня, казалось, его глаза видели меня насквозь. Я почувствовала себя на рентгене. Возникло такое ощущение, что он знает обо мне все – все мои секреты и переживания, все мои страхи и сомнения, абсолютно все. Я, наконец, набралась смелости и посмотрела ему прямо в глаза.
- Ты дрожишь, - это был не вопрос, а констатация факта. Он подошел ко мне вплотную и сняв свою кожаную куртку, накинул мне ее на плечи. Его руки продолжали лежать на моих плечах, и убирать их, Макс не торопился.
Не смотри, не смотри, не смотри! – повторяла я, словно заклинание, про себя. Пожалуйста, не смотри в эти глаза, глаза, в которых ты можешь утонуть! Не надо, они погубят тебя! Но я не мигая, смотрела в его глаза, смотрела в небо. Максим приблизил свое лицо ко мне.
- У тебя глаза цвета бушующего моря, - пробормотал он. Я чувствовала его дыхание, с легким привкусом кока-колы на своей коже, и от этого у меня кружилась голова.
Беги! – настойчиво билась мысль в мозгу, спасай то, что от тебя еще осталось. Сделать шаг назад – казалось, что может быть проще? Но нет, сделать этот шаг сейчас, было равносильно попытке сдвинуть скалу, но и продолжать смотреть в эти глаза, было равносильно прыжку в ров с крокодилами. Наши лица разделяли всего каких-то пара сантиметров. Нет, не делай этого! – билось в мозгу, а мое сердце трепыхалось подобно птице в клетке. Не делай этого! Но мои руки уже обняли его за шею…
Я почувствовала его губы на своих губах. Сначала, это был легкий, нежный поцелуй, через секунду сменившийся такой страстью, что мне стало страшно. Его руки крепко прижали меня к себе, не давая пути к отступлению, а губы, настойчиво искали моих губ. Никто, никогда в жизни не целовал меня так. В этом поцелуе смешалось все, страсть, нежность, мягкость… Он покрывал поцелуями мои щеки, шею и снова возвращался к губам не давая мне опомниться ни на секунду. Всепоглощающий огонь, страсти и желания, смешанный с капелькой безумия, охватил меня так внезапно, что если бы Макс меня не держал, я бы упала.
На секунду, всего лишь на секунду, я отшатнулась от него, но этой секунды было более чем достаточно. Разум, до этого затуманенный, вновь обрел ясность. Я в панике взглянула на Макса. Его глаза потемнели, а грудь вздымалась так, словно он пробежал не один километр. Я могла поклясться на что угодно, он пережил всю туже бурю эмоций, что и я! Страсть отступила, уступая панике. Не отдавая себе отчета в том, что делаю, я развернулась и бегом бросилась домой. Подальше от клуба, подальше от глаз цвета неба, не суливших мне ничего хорошего.
Влетев во двор, я поняла, что куртка Макса все еще на мне. Я осторожно, стараясь никого не разбудить, прокралась в свою комнату и раздевшись, юркнула под прохладную простыню. Господи, что со мной происходит?! – в который раз спрашивала я себя. Спрашивала и не находила ответа.
Что теперь со мной будет? – подумала я, потому что знала, так, как было раньше, уже не будет никогда.

- Куда ты вчера так быстро исчезла? – спросила меня Алина. Мы сидели за столом на кухне и завтракали.
- Просто мне стало скучно, - соврала я, умолчав о ночном поцелуе с Максом.
- Ясно, а Макс про тебя спрашивал. Похоже, ты ему понравилась, - Алина смотрела на меня, явно чего-то выжидая.
- Чего ты на меня смотришь? – удивилась я.
- Не, ничего, все в порядке. Поедем сегодня с нами на озеро?
- С кем «с нами»? – спросила я, заранее зная ответ.
- Ну, со мной, с Максом и другими ребятами? – ответила Алина.
- Я даже не знаю…
- У меня такое ощущение, что ты чего-то боишься…
- Что за бред! – возмутилась я. – Ничего я не боюсь! Хорошо, я пойду с тобой на озеро!
Итак, я дала свое согласие, тем самым, подписав себе смертный приговор. Я знала, что поцелуй с Максом, не исчезнет бесследно. Но я даже представить не могла, насколько стремительно будут разворачиваться дальнейшие события.
В половину третьего, я и Алина сидели на скамейке во дворе. Мы обе были одеты в купальники и шорты. В моем рюкзачке лежало полотенце и бутылка холодной минералки. Ребята вот-вот должны были подъехать. Раздался сигнал гудка, мы вышли во двор. Возле дома, сидя на мотоциклах, были ребята. Я сразу же отметила, что сидели все по двое. Свободными были только мотоциклы Олега и Макса. Не долго думая, Алина прыгнула к Олегу, а по поцелую, которым они обменялись, я, наконец, сообразила, что эти двое встречаются.
Я в ужасе смотрела на Макса. Нет! Только не с ним! Ехать, тесно прижавшись к нему?! Я точно сойду с ума! Господи, за что мне все это. Макс внимательно смотрел на меня. Взгляд голубых глаз не выражал ничего, он просто равнодушно смотрел на меня. Правда, слегка улыбался.
- Марин, давай, садись уже! Поехали! – с нетерпением воскликнула Алина. – Максим тебя не съест!
Кляня саму себя за трусость, я устроилась позади Макса. И тут возник вопрос, за что мне держаться. Я обняла его за талию, и тут же почувствовала рельефные мышцы живота. Нет, это не выносимо! Я подняла руки выше, распластав пальцы веером по его груди, но это оказалось еще хуже. Я слышала глухие удары его сердца и ощущала жар его тела, так словно я опустила руки в огонь. Я хотела вернуть руки в прежнее положение, но не успела. Макс рванул с места так резко, что я по инерции прижалась к нему. Только бы эта пытка поскорее закончилась…
Озеро находилось в часе езды от деревни. Когда мы приехали на место, я, не долго думая, скинула с себя шорты и прямо с берега нырнула в воду. Плавать я любила всегда, у меня даже был чемпионский титул среди юниоров. Простите за каламбур, но в озере, я чувствовала себя как рыба в воде. Вода была теплой, как парное молоко и купаться в ней, было сплошным удовольствием.
- Как водичка? – услышала я голос Макса. Повернувшись, я увидела его. На несколько секунд я потеряла дар речи, ей-богу, он был красив как Аполлон.
- Как вода? – повторил он свой вопрос.
- Замечательно! – ответила я. Оттолкнувшись, он прыгнул, и, описав красивую дугу, практически бесшумно, вошел в воду. Я осмотрелась. Куда он делся? Гладь озера была совершенно неподвижна. И в следующую секунду, я почувствовала, как чьи-то руки обхватывают меня за талию. Я заорала не своим голосом.
- Извини, я не хотел тебя напугать! – Макс вынырнул и посмотрел в мое испуганное лицо.
- Идиот! – разозлилась я. И оттолкнувшись, поплыла прочь.
- Марина, постой! – я обернулась. Максим плыл за мной. Я поплыла еще быстрее, надеясь, что он от меня отстанет. Но он не отставал. Я почувствовала, что начинаю уставать. Еще бы, я ведь проплыла уже метров семьсот наверно, а Макс все не отставал. Тогда, набрав в грудь побольше воздуха, я нырнула под воду и поплыла в обратную сторону.
Когда я вынырнула на поверхность, Макс был далеко позади. Доплыв до берега, я вышла и, достав сигарету, села на солнышко. Меня слегка знобило. Через некоторое время, Макс сел возле меня. Я сделала вид, что не заметила его.
- Ты хорошо плаваешь, - трпроизнес он.
- Спасибо, - ответила я.
Господи, что еще ему от меня нужно! Неужели он не видит, что когда я нахожусь рядом с ним, то превращаюсь в безвольную куклу. Неужели так трудно оставить меня в покое?!
- Прости, если вчера я тебя чем-то обидел или напугал, - вдруг, неожиданно тихо произнес он. Я повернулась к нему.
- Что?
- Прости меня, - повторил он.
- Да ладно, не бери в голову! – улыбнулась я.
- Значит мы друзья?
- Да, - я пожала протянутую Максом руку. – Друзья.
Ближе к вечеру, мы вернулись домой. Весь день мы разговаривали с Максом, он оказался очень умным и начитанным парнем. Мы разговаривали о книгах, фильмах, музыке. Оказалось, что у нас с ним, очень много схожих интересов. И даже предпочтения в еде практически одинаковые. Макс шутил, рассказывал забавные истории, в общем, развлекал меня как мог.
Ночью, я не могла уснуть, все время думала о Максе. Он оказался даже лучше, чем я могла предположить. Алина весь вечер приставала ко мне со своими распросами. Твердила, что Макс, похоже, очень сильно симпатизирует мне. Я все время думала о ее словах. Надо же, никогда со мной не происходило ничего подобного. Я знала его всего несколько дней, а было такое ощущение, будто мы знакомы всю жизнь. С ним было так хорошо говорить обо всем и ни о чем. Уснула я где-то часа в два ночи, с совершенно глупой и счастливой улыбкой на лице.
Когда я проснулась, то сначала не поняла, что меня разбудило. В комнате было очень тихо. На соседней кровати, сопела Алина. Тихо и мерно тикали часы. Присмотревшись, я увидела, что они показывают половину пятого утра. За окном было темно, но предрассветно время давало о себе знать. Почему я проснулась так рано, что меня разбудило? Я услышала тихий, едва различимый стук. Кто-то бросал камни в окно, ну или что-то в этом роде. Преодолевая зевоту, я подошла к окну и раскрыла его.
- Ты?! – удивленно воскликнула я и, спохватившись, обернулась, но Алина спала.
- Что ты тут делаешь? – шепотом спросила я у Макса.
- Я пришел за тобой, - также шепотом ответил Макс. – Собирайся, и выходи.
- Зачем? – не поняла я.
- Выходи, потом все узнаешь! Только побыстрее!
Я натянула джинсы и водолазку, и вылезла в окно. Макс, ничего не говоря, взял меня за руку и повел за собой.
- Куда мы идем? – спросила я, когда мы вышли во двор.
- Я не хотел, что бы кто-то из твоих проснулся, и оставил мотоцикл в начале улицы, - улыбнулся Максим. Мы свернули за угол, и я увидела его мотоцикл. – Садись!
- Куда мы поедем? – удивилась я.
- Не бойся, - улыбнулся Макс, и я почувствовала, как мое сердце ухнуло куда-то вниз. – Просто я хочу тебе кое-что показать!
Я села позади него и мы поехали. Я положила голову ему на плечо и задремала.
- Эй, красавица, проснись, - услышала я. Открыв глаза, я посмотрела по сторонам. Мы были где-то в лесу.
- Куда ты меня привез?
- Пошли, - Макс повел меня между деревьев. Мы шли наверно минут десять. Мои ноги промокли от росы, и я начала зябнуть. – Мы пришли.
Макс закрыл мне глаза руками. Мы прошли еще несколько метров, и Макс открыл мне глаза. Я ахнула…

Добавлено (06.07.2009, 20:47)
---------------------------------------------
Мы стояли на холме, с которого открывался прекрасный вид на озеро. Небо, было окрашено в багряно-красные цвета, а восходящее солнце украсило озеро золотисто-бронзовым цветом. Деревья, окружавшие озеро, тонули в розоватой дымке.
- Господи, Макс, здесь так красиво! – воскликнула я. – У меня нет слов!
- И не надо ничего говорить! – улыбнулся он, - Просто слушай.
Я села на траву, и закрыла глаза. Я услышала пение птиц. Казалось, я слышу голос природы, я растворяюсь в ней, она пронизывает каждую клеточку моего тела. Казалось, ничего, прекраснее этих звуков я не слышала. Господи, здесь было так хорошо и спокойно, так тихо и красиво! Я открыла глаза, Макс сидел рядом со мной, его взгляд был устремлен куда-то вдаль.
- Спасибо, - прошептала я. Я думала, что если буду говорить громко, то нарушу это спокойствие, эту первозданную тишину. – Спасибо, что показал мне это! Здесь так чудесно!
- В городе такого не увидишь, - так же тихо ответил Макс. – Я всегда прихожу сюда на рассвете, когда мне хочется побыть одному! Слушая тишину, ты сам растворяешься в ней, становишься частичкой природы, частичкой бытия! Почему ты плачешь?
Максим удивленно посмотрел на меня! Я дотронулась до щеки. Надо же! Я и сама не заметила, что по моим щекам бегут слезы. Мне казалось, что моя душа поет. Здесь было потрясающе, неописуемо красиво и хорошо. Мне, привыкшей к большому городу, этим каменным джунглям, все было в новинку. Я никогда не думала, что на природе может быть так хорошо. Для меня, слово природа, всегда обозначало, жуткие условия, лишенные цивилизации, противных комаров и прочие ужасы. Но то, с чем я столкнулась сегодня, разом перечеркнуло все мои представления о жизни.
Сидя на холме и слушая тишину, я поняла, что не всегда бывает так, как было в моей жизни. Ведь в жизни есть масса других прекрасных вещей, кроме выпивки, сигарет и пьяных посиделок в подъездах. Человек – это не просто тупое существо, созданное для того, что бы бесцельно прожигать жизнь. Он создан для того, что бы строить новый мир, достигать новых вершин, осуществлять великие замыслы. Я поняла, что все мои проблемы, которые до этого казались мне проблемами вселенского масштаба, абсолютно ничего не стоят. Это жалкие крохи по сравнению с настоящими проблемами. Подумаешь, у кого-то сломался ноготь или порвалось платье от Гуччи, разве это проблемы?! Там люди умирают, дети голодают, бессмысленные войны разом уносят жизни тысяч людей! Вот это настоящие проблемы!
Как я могла быть такой идиоткой и не понимать таких простых вещей. Мне казалось, что я была свободной и счастливой, но это было не так! Весь мой выдуманный мир был ложью, глупой иллюзией, которую я сама себе создала. Счастье человека не в том, что бы потакать своим иллюзорным желанием, жить так, как ему угодно. Счастье – это знать, что у тебя есть дом, в который ты можешь вернуться после дальней дороги. Счастье – это знать, что твои родители живы и здоровы. Счастье – это возможность, видеть своих самых близких и родных людей, быть частичкой их мира. Быть счастливым – это, значит, быть живым. Жить в реальном мире, а не в иллюзиях, выдуманных самим собой. Принимать жизнь такой, какая она есть. Ценить, то, что имеешь сейчас, ценить, и, жить этим.
Я вспомнила своих родителей. Господи, я была такой эгоисткой! Я думала только о себе, я принимала их как должное и не умела беречь. А что случилось бы со мной, если бы их вдруг не стало?! Я бы не выжила в этом мире, не смогла бы быть одна! Боже, я причинила им столько боли и страдания! Я была такой не благодарной! Они дали мне жизнь, возможность почувствовать себя живой, а я отвергала все это, обвиняя их в деспотизме надо мной! Какой же я была идиоткой! Сознание собственной никчемности наполнило душу такой горечью, что в тот момент я возненавидела саму себя! И слезы хлынули с новой силой.
- Эй, малыш, не плачь! – ласково произнес Макс. – Что с тобой?
- Я… Я такая дрянь! Меня тошнит от самой себя! – я не выдержала и рассказала ему все. Слова лились нескончаемым потоком, и с каждым произнесенным словом, мне становилось легче. – Видишь, я ужасный человек! Я не достойна их прощения!
- Не говори так! Человек сам создает себя. И если ты совершила какие-то ошибки, то никогда не поздно их исправить! – Макс посмотрел в мои глаза. – Слышишь, никогда не поздно все изменить! У тебя еще вся жизнь впереди, ты сможешь наверстать упущенное время! Ты причинила кому-то боль – никогда не поздно искренне раскаяться и извиниться!
Поверь, людям, которые действительно тебя любят, все равно, что ты сделала или сказала раньше! Им нужна ты сама, со своими страхами и проблемами! Не бойся доверять своим близким, они всегда стремятся сделать так, что бы тебе было хорошо! Не бойся довериться кому-то, поверь, одиночество – это самое страшное. Сознание того, что ты кому-то нужна, что тебя кто-то любит и ждет, вот самый сильный стимул к жизни. Никогда нельзя опускать руки, нужно бороться! В жизни бывают не только черные полосы! И хотя, порой, кажется, что черные полосы большие и жирные, что они никогда не закончатся, нужно верить в то, что наступят и белые! Нужно верить, и никогда не опускать руки! Слышишь, ты должна верить в лучшее и стремиться к этому! Помни, человек – сам создатель своей судьбы!
- Спасибо, - прошептала я. Макс обнял меня и прижал к себе. Я плакала, слезы катились по моим щекам, очищая мою душу от тех мерзостей, в которых я тонула раньше. Слезы очищали мою душу и приносили успокоение.
Макс нежно взял мое лицо в ладони и вытер слезинки, катившиеся по лицу:
- Ты сильная, я уверен, ты справишься со всем!
В глазах цвета неба была тревога за меня. В этих глазах я видела надежду, надежду на то, что для меня еще не все потеряно. Что и для меня есть шанс исправить то, что я натворила, возможность, начать жизнь с нового листа.
- Спасибо тебе за все, - я притянула Макса к себе и поцеловала. На миг, я почувствовала его смятение, а потом его губы стали отвечать на мой поцелуй.
Сколько прошло времени – я не помню. Мы целовались, смеялись, снова целовались. Находясь рядом с Максом, я чувствовала себя спокойно. Казалось, я знала его вечность, и это была самая прекрасная вечность в моей жизни.
- Поехали, я отвезу тебя домой, а то твоя бабушка будет волноваться, если не обнаружит тебя в постели.
Макс оставил мотоцикл в начале улицы и проводил меня до забора.
- Я сзади обойду, - сказала я, и, поцеловав его на прощание, войдя в заднюю калитку, проскользнула к своему окну. Стараясь не шуметь, я влезла в окно.
- Ты, где была?
Я подскочила от неожиданности, Алина сидела на своей кровати и смотрела на меня. Я сняла джинсы и водолазку и юркнула под одеяло. Часы показывали десять минут восьмого.
- Ну? – Алина неодобрительно смотрела на меня.
- Я с Максом была.
- Что?! Что вы делали?! – Алина вытаращила глаза.
- Тише ты, - я посмотрела на сестру. – Я тебе потом все расскажу, а сейчас спать!
Следующие два месяца были самыми прекрасными в моей жизни. Через две недели я должна была возвращаться в Москву, но я не думала об этом. Я была с Максом, я жила им. Я, наконец, обрела кусочек счастья, наполнившего смыслом мое существование. Я, словно, обрела второе дыхание и желание жить. Жить не для себя, а для кого-то. Делить с кем-то свои горести и радости. Знать, что меня любят и ждут, знать, что кто-то, действительно дорожит мной. И осознание этого было самым прекрасным открытием для меня за последние шестнадцать лет!
Я, берегла свое голубоглазое счастье как зеницу ока, холила и лелеяла его.

 
stormyДата: Понедельник, 06-Июл-2009, 22:26 | Сообщение # 18
Аватара нет
Группа: Удаленные





давай продолжение!!!!
 
NataliaBlackДата: Понедельник, 06-Июл-2009, 22:34 | Сообщение # 19
Аватара нет
Группа: Удаленные





Я берегла его, боясь, что, оно вот-вот могло разрушиться. И чем счастливее я становилась, тем страшнее было его потерять. Я гнала эти мрачные мысли прочь, я старалась не думать об этом, мне почти это удалось. Но иногда, по ночам, червячок сомнения все же выбирался наружу и тогда, жуткий страх охватывал меня…
Проснувшись как-то утром, я услышала разговор из соседней комнаты.
- Она так сильно изменилась, за последнее время. Ходит, прям, аж вся светиться изнутри! И такая веселая стала, шутит, смеется!
- Видимо, отдых тут все же пошел ей на пользу!
Я услышала знакомый голос и, вскочив с постели, бросилась в другую комнату. Мои родители сидели на диване и беседовали с бабушкой.
- Мамочка, папочка! – я бросилась к ним на шею и крепко обняла обоих. – Как же я по вам соскучилась!
- Мариночка, доченька! Как ты тут? – защебетала мама, крепко прижимая меня к себе.
- Замечательно! Здесь так хорошо. Я узнала столько нового!
Следующие пол часа я рассказывала родителям о том, как мы ходили на озеро, как я училась ловить рыбу, различать съедобные и ядовитые грибы, и еще много чего интересного, чему меня научил Максим. Родители только диву давались.
- Боже, никогда бы не подумала, что ты так прикипишь к жизни в деревне! – воскликнула мама после того, как я закончила свой рассказ. Мы посидели еще минут двадцать, а потом бабушка увела маму на кухню. Мы остались вдвоем с отцом.
- Ты очень сильно изменилась, - произнес он.
- Я знаю, -тихо ответила я. – Я очень много думала о своей жизни, и сделала множество выводов. Прости меня, пожалуйста, за все, что я натворила. Вы с мамой, самые дорогие для меня люди на свете, а я этого не понимала и причиняла вам огромную боль. Этого больше никогда не повториться! Я обещаю! Жизнь одна, и она слишком много для меня значит, что бы бесцельно ее прожигать!
Спасибо вам за то, что вы отправили меня сюда! Ты простишь меня?
Отец молча смотрел на меня. А потом обнял и прижал меня к себе.
- Конечно, я тебя прощу! Я рад, что ты, наконец, все поняла!
Он отстранил меня и, прищурив глаза, взглянул на меня:
- Можно задать тебе вопрос?
- Конечно, какой?
- Как зовут того человека, которого я должен поблагодарить?
- Ты о чем?
- Да ладно тебе, - улыбнулся отец. – Как его зовут?
- Максим, - ответила я, и отчего-то густо покраснела.
- Максим… - отец помолчал. – Значит он действительно достойный юноша, если заслужил твою любовь!
И с этими словами, он встал и ушел, оставив меня наедине со своими мыслями. Я люблю Максима… Люблю…
Какое это странное слово… Любовь… Неужели я действительно в него влюблена? Неужели, то сумасшедшее чувство счастья и радости, что переполняет меня при мысли о нем, и есть любовь? Как странно…
Никогда раньше я не задумывалась об этом, а вот сейчас понимаю, что, в сущности, я никогда и не знала, что, значит, любить по настоящему. А Макс научил меня этому. И стоило мне это понять, как все стало настолько простым и понятным, что хотелось петь. Я люблю его, люблю и это прекрасно!
Родители уехали через два дня, а мы с Алиной пошли в клуб. Ребята уже ждали нас внутри. Мы стали пробираться к ним, когда меня кто-то резко и довольно больно толкнул в плечо. Я обернулась. Ну конечно, кто же еще это мог быть! Марго, ненавидящим взглядом смотрела на меня.
- Наслаждаешься счастьем? – прошипела она мне в лицо. - Не долго тебе осталось праздновать! Макс будет моим! Поняла?! Моим, и больше не чьим! А ты еще глубоко пожалеешь, что приехала сюда!
И оттолкнув меня, она пошла прочь. Я смотрела ей вслед. Что на нее нашло? Мне стало не по себе! Слишком страшными были ее глаза. Слишком страшными и правдивыми!
- Привет, Лисенок! – Макс поцеловал меня в ухо. Я вздрогнула, он подошел почти не слышно. – Что случилось?
- Все в порядке, - неуверенно ответила я.
- Что она тебе сказала? – Макс вдруг посерьезнел.
- Ничего, - отмахнулась я, стараясь заглушить нехорошее предчувствие. – Все в порядке. Пошли к ребятам.
Мы стояли у стены и целовались, когда к нам подошел какой-то незнакомый парнишка.
- Макс, с тобой Князь хочет поговорить, - сказал он. – Он тебя на улице ждет.
- Что ему надо? – Максим стал серьезным.
- Макс, что случилось? - я вдруг испугалась.
- Все в порядке, малыш. Подожди меня здесь, я скоро вернусь! – Максим пошел за парнем, а я осталась у стены. Я простояла так минут десять - пятнадцать наверно, как вдруг ко мне подлетел тот самый парень, что увел у меня Макса.
- У Макса проблемы, его побили! – проорал он мне в ухо.
- ЧТО?! – мне показалось, что земля уходит у меня из-под ног. – Где он?!
- Он там, за углом! Пошли скорее!
Не долго думая, я побежала вслед за парнем. Мы вышли из клуба и свернули за угол.
- Где Максим? – спросила я у парня.
- Его тут нет, - усмехнулся он.
- Но ты же сказал… - я вдруг осеклась.
- Его тут нет, но есть мы! – непонятно откуда появилось еще двое ребят. Они смотрели на меня и не хорошо усмехались.
Внезапно до меня все дошло. Я осмотрелась. Я была одна, а их было трое, и все их мысли были написаны у них на лицах. Мне стало страшно. Я рванулась вперед, но один из ребят схватил меня за руку и швырнул назад, прямо в лапы двух других.
- Держи ее, Винт! – Винт, тот самый парень, что привел меня сюда, крепко схватил меня за руки, не давая вырваться.
- Пустите меня! – закричала я и принялась вырываться.
- Закрой рот! – второй парень подошел ко мне близко, слишком близко…
Изловчившись, я со всей силы двинула ему в пах. Он согнулся пополам. Я наступила на ногу Винту, а когда он охнул от боли, двинула локтем в нос. Я оказалась на свободе, и бросилась наутек, но не тут-то было. Третий парень бросился на меня. Я упала, сильно поцарапав локти и колени.
- Пусти меня! – я крутилась изо всех сил, пытаясь сбросить тяжелое тело с себя.
- Ах ты тварь! – первый парень, которому досталось от меня между ног, резко поднял меня в воздух и со всей силы ударил меня по лицу наотмашь.
Я вскрикнула, из разбитой губы сочилась кровь. Винт крепко держал меня за руки. Второй парень подошел ко мне вплотную и схватил за лицо.
- А ты строптивая! – Меня едва не вывернуло наизнанку. У него изо рта несло смесью перегара с каким-то дешевым табаком. – Ты мне нравишься, а значит, я буду первым!
Он с силой впился мне в губы. Не в силах справиться с собой, я плюнула ему в лицо.
- Скотина, придурок! – произнесла я. – Жалкий трус!
- Заткнись! – резкий удар по лицу, заставил меня замолчать. Рот наполнился кровью, а на глазах выступили слезы. Первый парень со злостью смотрел на меня.
- Нехера с не церемониться! Трахнуть ее и дело с концом! - он опять ударил меня. – А это - чтоб не рыпалась!
От боли у меня мутилось в голове, а по щекам текли слезы. Он резко рванул майку – тонкая ткань затрещала и превратилась в лохмотья.
- Нет! – я кричала, пытаясь вырваться. Они лапали меня, пытались целовать. – Нет! Пустите меня! Пожалуйста! Пустите меня!!!
- Пустите! – рыдания, перешли в тихие всхлипы и бессвязное бормотание. Я почувствовала, как Винт расстегивает мои джинсы…
В этот момент Винт резко отлетел от меня. Раздались крики, звуки ударов. Я упала на землю и свернулась клубком. Не было сил сопротивляться, куда-то бежать… Все происходящее казалось каким-то дурным сном, глупым происшествием…
Я почувствовала, как меня снова поднимают, и тут во мне что-то щелкнуло.
- НЕТ! Не надо! – я принялась отбиваться. – Нет! Не трогайте меня!
- Марина!!! Это я!!! – я подняла глаза. На меня смотрел Макс. В его глазах была боль, страх за меня, беспокойство, и что-то еще не уловимое…
- МАКСИМ!!! – Я крепко прижалась к нему всем телом, меня трясло.
- Малыш мой, Лисенок! – шептал Макс, обнимая меня и покрывая мое лицо поцелуями. – Девочка моя! Как же ты меня напугала! Но теперь все в порядке! Теперь все хорошо! Лисенок мой! Девочка моя!!!
О- Они… Они… Я – меня била крупная дрожь, я что-то бормотала… – Пожалуйста, забери меня отсюда!
О- Конечно, малыш! – Макс накинул на меня свою куртку, и, подняв на руки, понес прочь.
Пока мы шли, он все время что-то мне говорил. Называл меня Лисенком, малышом и еще много чего. Макс поднялся на крыльцо, и, толкнув в дверь, вошел внутрь. Только мы оказались в доме, как на улице раздался оглушительный раскат грома, и тяжелые капли забарабанили по крыше.
- Где мы? – спросила я тихо.
- У меня, - ответил он. – Тебе в таком состоянии к бабушке нельзя!
- Да, - безучастно ответила я.
- Марина, посмотри на меня! – Макс встряхнул меня за плечи. Я подняла на него глаза. – Запомни, ты ни в чем не виновата! Все, что случилось, произошло не по твоей вине! Ты… ни в чем… не… виновата! Слышишь! Повтори!
На меня нашло какое-то непонятное отупение. Мне все было безразлично – где я, что со мной… Равнодушие и безразличие… Я смотрела на Макса пустыми глазами, и не видела ничего.
- Побудь здесь, - он ушел, а когда вернулся, то сжимал в руках рюмку и бутылку. – Выпей это залпом.
Я послушно взяла рюмку из его рук и одним глотком осушила ее. Жидкость, огнем обожгла мое горло, я закашлялась.
- Что это? - прошептала я.
- Коньяк, - ответил Максим. – Это поможет тебе расслабиться. Вот, выпей еще одну! Коньяк – лучшее успокоительное и снотворное. Ты уснешь, а завтра, уже все будет хорошо.

Добавлено (06.07.2009, 21:33)
---------------------------------------------
После второй рюмки, я почувствовала, как по венам заструилось тепло. Максим поднял меня на руки и понес в ванную. Он снял с меня джинсы и то, что когда-то было моей майкой. Оставив на мне белье, он поставил меня под горячий душ и хорошенько меня вымыл. Я молчала, я вообще не говорила ни слова. Не было сил, да и что я могла сказать. Все слова сейчас были ложью, все мысли глупостью, вся жизнь – одна сплошная бессмыслица.
Максим закутал меня в огромное мягкое полотенце и отнес наверх, в спальню. Там, он вытер меня на сухо и протянул мне чистую футболку.
- Переоденься, - он отвернулся, а я скинула с себя мокрое нижнее белье и надела его футболку. От нее исходил едва уловимый запах, его запах…
Макс повернулся ко мне, а затем, отогнув край покрывала с постели, уложил меня, и, натянув мне одеяло до подбородка, нежно поцеловал меня в лоб.
- Попытайся уснуть! – он с нежностью посмотрел на меня. – Ты проснешься, и все уже будет хорошо!
Он встал и, развернувшись, хотел уже уйти. Ветвистая молния озарила все белой вспышкой света, а вслед за ней, раздался оглушительный раскат грома. Я вздрогнула и схватила Макса за руку.
- Нет, пожалуйста, не уходи! – я умоляюще посмотрела на него. – Не оставляй меня одну! Не оставляй меня наедине с ними…
И тут, все то, что я сдерживала в себе все это время, вырвалось наружу. Я заплакала, и слезы лились все сильнее и сильнее.
- Я не хотела, а они, они… Я… я не хотела. Зачем?! Зачем они сделали это?! Что плохого я им сделала?! Почему я?!..
- Тише, Лисенок, - Макс опустился рядом со мной и крепко обнял меня. – Успокойся, я с тобой! Я с тобой, и я никому, никогда не позволю тебя обидеть! Слышишь, я скорее умру, чем позволю кому-то причинить тебе боль! Ты слишком дорога мне, что бы позволить тебе проливать твои драгоценные слезинки!
Я люблю тебя, слышишь, Лисенок! Люблю больше всех на свете! Ты нужна мне как воздух, как вода! Я понял это еще в тот миг, когда увидел тебя! Ты смотрела на меня, и у тебя были такие грустные, и такие красивые глаза. В них было столько боли и одиночества, столько безнадежности, что мне стало не по себе, и я поклялся, во что бы то ни стало, спасти тебя от этого одиночества и боли! Я не хочу, что бы ты страдала! Я хочу, что бы ты была счастлива!
Я люблю тебя и никогда, никому не отдам!
- Ты, любишь меня? – повторила я, все еще боясь поверить в то, что услышала.
- Конечно, глупенькая! – засмеялся он. – Люблю больше всего на свете! Ты для меня все! Я люблю тебя!
- О, Макс! Я тоже люблю тебя! – я бросилась к нему на шею.
Он целовал меня, а я его. Впервые в жизни я ни в чем не сомневалась, я не думала о завтрашнем дне, я жила лишь настоящим. Я скинула с себя футболку, и Макс вдруг остановился.
- Марина, я…
- Не говори ни чего, - приложила палец к его губам.
- Я не хочу, что бы ты потом, о чем-то жалела…
- Нет, я не буду ни о чем жалеть, - прошептала я. – Никогда еще я не была такой уверенной как сейчас! Я хочу быть твоей этой ночью, потому что я люблю тебя, а ты меня. Все просто и ясно, и возможно, это реальней и правильней, чем весь окружающий мир! Ты вернул меня к жизни, помог осознать, что не все еще потеряно для меня! Без тебя я погибла бы, но ты спас меня! Понимаешь, без тебя я не выживу, мне не хватит сил! Без тебя я никто, пустая оболочка без души!
Ты помог мне ощутить вкус к жизни. И если я живу, то это только благодаря тебе! Пойми, ты и эта ночь, единственное, что имеет сейчас для меня значение! Мне все равно, что будет завтра, пусть хоть мир разорвется на части! Но сегодня, я хочу быть с тобой и быть твоей!..
Я притянула его к себе и поцеловала. Макс, нежно откинул прядь моих волос со лба и посмотрел мне в глаза.
о- Я люблю тебя, Лисенок! Что бы ни случилось завтра, знай, что я люблю тебя, и всегда буду любить! И я никогда больше не отпущу тебя! Я обещаю, что больше, не покину тебя никогда!
О- Что значит – что бы ни случилось завтра?
О- Не важно, я люблю тебя!..
Он поцеловал меня, а дальше…
Дальше начиналась моя волшебная сказка…

Я вернулась домой утром. Проснувшись рядом с Максимом, я ощутила себя самой счастливой на свете. Я лежала у него на плече и слушала тихий стук его сердца. Он был таким родным и таким милым, и мне казалось, что так будет всегда…
- Ты с ума сошла?! Ты где была всю ночь?! – накинулась на меня Алина. – Мне пришлось соврать бабушке, что ты осталась у Карины, потому что был дождь. Мол, я вернулась за курткой, и начался ливень, а ты осталась у Карины.
Ты меня слушаешь?!
- Что? – я взглянула на сестру. – Что ты сказала?
- Марин, что случилась? – Алина внимательно смотрела на меня.
- Кто такой Князь? – спросила я, о том, что давно не давало мне покоя. Я не могла забыть выражение лица Макса, когда он услышал о нем.
- Откуда ты о нем знаешь? – настороженно смотрела на меня Алина.
- Просто, скажи мне кто это, - настаивала я.
- Это очень опасный тип! – Алина поморщилась. – Говорят, что он сидел в тюрьме за убийство! Он ничего и никого не боится! Когда Макс только появился здесь, Князь увидел в нем соперника. Началась борьба за власть, причем только со стороны Князя. Но Макс поставил его на место, и с тех пор он его ненавидит! А потом еще одна крупная разборка была из-за Романовой. Князь влюбился в нее, а она на него внимания не обращала, все за Максом бегала. Кое-как это удалось разрулить, но между ними напряженные отношения.
Марго вертит Князем, как хочет, он из-за нее и убить может! Это страшный человек! А Винт, ее брат – это правая рука Князя. Фу, мерзкие ребята, даже говорить о них не хочу!
Алина повернулась и ушла, а я села на диван сопоставляя все услышанное. Постепенно вся картина происходящего встала перед моими глазами. «Ты еще пожалеешь, что приехала сюда!» - вспомнила я слова Марго. А потом Винт уводит меня из зала к своим дружкам, предварительно избавив меня от присутствия Максима.
Вдруг, я вспомнила слова Максима, которые он говорил, когда нес меня домой. Они за все ответят… Он понял, кто придумал эту шутку с изнасилованием. Мне стало страшно. Страх перед неизвестным, который я когда-то запрятала глубоко в душе, снова выполз наружу. Я поняла, что Макс не остановиться ни перед чем, он будет мстить. Господи, пусть я ошибаюсь и все будет не так!
Я выскочила из дома и бросилась к Максу. Дом был заперт. Я стучала, кричала, звала его, но мне никто не открывал.
- Вы зря кричите девушка, - раздался голос. Я обернулась и увидела бабульку лет пятидесяти, она внимательно смотрела на меня. – Дома никого нет. Максимка ушел часа полтора назад.
- А куда? – спросила я, понимая, что это довольно глупый вопрос.
- Если бы я знала, - улыбнулась бабулька.
- А вы случайно не знаете, где Романовы живут?
- Знаю, а тебе какие именно Романовы нужны? – она внимательно смотрела на меня.
- Маргарита Романова, где живет?
- А… эта…- протянула женщина, похоже, она не очень любила Марго. – Там, в конце улицы и направо. Дом, такой, с желтым забором.
- Спасибо! – я уже бежала по дороге.
Дом я нашла очень быстро. Открыв калитку, я влетела во двор. Дом марго был небольшим одноэтажным зданием. Взбежав по ступенькам, я распахнула дверь и вошла внутрь. Как я и думала, Макс был там.

Добавлено (06.07.2009, 21:34)
---------------------------------------------
Я люблю тебя, Максим! – причитала Марго. – Она тебе не нужна, брось ее!
- Хватит, Марго! Успокойся!
- Макс! – я бросилась к нему.
- Что ты тут делаешь? – удивился он.
Маргарита с ненавистью смотрела на меня.
- Это все из-за тебя, дрянь! – Марго выплевывала слова со злостью. – Пока тебя не было, все шло так хорошо! Это ты виновата в том, что он не со мной!
- Хватит! – прервал ее Макс. – Между нами никогда ничего не могло быть! Я дал тебе это сразу понять! Ты строила себе какие-то иллюзии, хотя знала, что это не может быть правдой! Пойми, Маргарита, я люблю Марину!
- Жаль, что Винт с ребятами не успели тебя трахнуть! Тварь, ты разбила мою жизнь!
- Марго, я… - я хотела что-то сказать, но она не дала мне это сделать. Она подлетела ко мне и стала трясти меня как куклу.
- Ты, ты – это все ты! Ненавижу тебя! Сволочь, он должен быть моим! А если он не будет моим, то не будет ничьим! Мой, только мой!
- Хватит! – Макс, словно пушинку, отдернул ее от меня. – Хватит этого спектакля! Запомни раз и навсегда, Марго – я люблю Марину! И мне никто не нужен, кроме нее! А сейчас мы уйдем, и постараемся забыть об этом инциденте! Мы уходим!
Максим взял меня за руку и повел из дома. Мы были уже за воротами, когда я услышала резкий окрик Марго.
- Максим!
Я резко обернулась и похолодела, на мгновение мне показалось, что я умерла и попала в ад. В руках, Маргарита сжимала пистолет! Черное дуло смотрело прямо на нас!
- Марго, - голос Макса, казалось, звучал откуда-то издалека. – Откуда у тебя пистолет?
- Так, позаимствовала у Князя! – Марго засмеялась. Смех вышел сухим и жестким. Ее голос дрожал, а глаза блестели, было похоже на то, что она спятила. – Что, голубки, страшно? Ха, ты думал я просто так успокоюсь?
- Маргарита, опусти пистолет! - Максим сделал шаг к ней.
- Стой или я выстрелю! – Марго перевела взгляд на меня. – А ты думала что самая умная, да? Приехала и получила все на блюдечке? И Макса, и ребят, все? Нет, ты ошибаешься, дорогая! Он мой! А хочешь увидеть, как мозги твоего благоверного разлетятся по дороге? Ну, чего молчишь?
- Нет, я не хочу этого! – мой голос дрожал, в горле стоял ком. Страх, ледяной рукой сковал мне сердце. Господи, помоги мне!
- Ну, Максим, выбирай, или я, или ты увидишь смерть своей подружки! – она засмеялась.
- Марго, опусти пистолет и давай поговорим! – Макс сделал еще один шаг к ней. – Мы найдем выход из этой ситуации! Пожалуйста, опусти пистолет!
Их разделяло всего каких-то пара метров. Максим резко прыгнул к ней, а потом…
Раздался выстрел… Марго выронила пистолет, и, зажав рот ладонью, опустилась на колени…
Максим дернулся, непонимающим взглядом он посмотрел на свой живот, где уже стало расползаться красное пятно, а потом на меня, и медленно, очень медленно, стал оседать на землю…
Я услышала пронзительный крик – так кричит раненный зверь, понимающий, что он уже не выживет, а через секунду поняла, что это кричу я…
Я бросилась к Максиму и крепко обняв, опустилась вместе с ним на землю.
- НЕТ!!! Пожалуйста, не умирай! – слезы градом катились по моему лицу. – Прошу тебя! Максим, пожалуйста, держись! Ты не можешь умереть! Я люблю тебя! О Господи, почему?!
- Не плачь, Лисенок! – Максим поднял руку и коснулся моего лица ладонью. – Не плачь, пожалуйста! Я ведь люблю тебя!
- Молчи, пожалуйста, - я прижимала его голову к груди. – О, Господи!
- Я всегда буду любить тебя! – он закашлялся. Из горла вырвались свистящие звуки. Рука макса упала вниз.
- НЕТ!!!! – я ревела белугой. – Ты же обещал, что не оставишь меня! ТЫ ОБЕЩАЛ МНЕ!!!
- Поцелуй меня, Лисенок, - прошептал он, глядя на меня мутнеющими глазами.
Я прижалась к его губам, покрывая поцелуями все его лицо.
- Нет, Макс, пожалуйста!
- Я люблю тебя, Лисенок, - прошептал он, закрывая глаза…
- НЕТ!!! Ты обещал не оставлять меня!… Ты клялся мне! Прошу, не оставляй меня! Ты же обещал мне… ты обещал… обещал…

Вернувшись в Москву, я стала жить на автомате. На автомате закончила школу. На автомате потупила в институт и закончила его. На автомате встречалась с друзьями. На автомате проживала дни… на автомате пыталась начать все сначала, но знала, что это бесполезно…
Я открыла глаза. Часы показывали половину четвертого утра. По моим щекам катились слезы. Нет, память не подвластна мне! Она снова возвращала меня к тем событиям. Боже, почему ты лишил меня его? За что? Ты дал мне шанс начать жизнь заново, и лишил возможности наслаждаться ее! За что?..
После смерти Макса, во мне что-то треснуло, надломилось. Я перестала жить, а стала лишь существовать. Человек, который вернул меня к жизни, оставил меня навсегда. И никогда не вернется… Никогда - какое же это страшное слово… Никогда я не смогу услышать его голос… Никогда не смогу почувствовать вкус его губ… Никогда не смогу его забыть. Никогда не смогу полюбить…
Я встала и подошла к окну. Лунный свет заливал комнату. Я распахнула окно и впустила свежий ночной воздух. Летний ветерок трепал мои волосы. Я встала на подоконник и посмотрела вниз. С высоты четырнадцатого этажа все казалось таким маленьким. Маленькие деревья, маленькие машины, маленькие дома, маленький мир, который не в состоянии понять человеческую боль. Мир – большой шар, где вращаемся все мы, такие маленькие человечки, среди большого безразличия. Жалкие марионетки в руках судьбы. Мы рождаемся, живем, умираем, снова рождаемся и снова умираем. Все повторяется. Бесконечный круг существования, подчиненный неизвестно кому.
Сделать шаг вперед, оборвать эту бесконечную цепь губительного круга… Прекратить это жалкое существование, которое гордо именовалось жизнью. Обрести свободу, сбросить оковы этого жалкого мирка и человеческой морали. И плевать на то, что кто-то осудит меня, зато я буду свободна! Я освобожусь от груза страданий и боли, что камнем давит на меня. Забвение вместо не стираемой памяти, свобода вместо существования…
Всего лишь шаг…
Я опустилась на пол и заплакала. Нет, не могу! Не могу сделать этого! Максим никогда не простил бы мне этого, никогда! Он слишком сильно любил жизнь. Он наверняка хотел бы, что бы и я любила ее.
Но ведь это так тяжело! Так тяжело жить без него. Встречать новый день, проживать его и начинать все с начала! Жить без него, без его голоса, без его волшебных глаз, без НЕГО… С ним я жила, а без него… Без него, я просто пустая, выжженная дотла оболочка без души. Я просыпаюсь и засыпаю, ухожу и возвращаюсь, и так каждый день…
Круг существования, который мне не хватает сил разомкнуть.
Прошу тебя, возьми меня к себе! У меня просто нет сил, влачить это жалкое существование! Прошу…

Из записи судмедэксперта:
Ларина Марина Алексеевна, в возрасте 21 года, была найдена утром мертвой у себя в квартире. Причиной смерти послужила внезапная остановка сердца во сне. Никаких болезней, которые могли повлиять на это, обнаружено не было. Девушка была совершенно здорова…

ЭПИЛОГ.

Она медленно шла по берегу моря. Набегающие волны нежно ласкали ее босые ступни, а ласковый ветерок играл с ее волосами. Она шла вперед, навстречу восходящему солнцу, которое освещало своими лучами новый день.
Она подняла глаза и увидела Его. Он стоял и смотрел на нее. Он смотрел и улыбался. Улыбка, озаряла его лицо внутренним светом. Не помня себя от радости, Она бросилась к нему. Он подхватил ее на руки и закружил.
- Я так долго тебя ждал!
- Вот я и пришла!
- Я никогда больше не расстанусь с тобой!
- Да, мы будем вместе вечно!
Он поцеловал ее, а потом, они, взявшись за руки, вместе пошли по берегу моря, навстречу восходящему солнцу…

Автор: Lara

 
stormyДата: Вторник, 07-Июл-2009, 22:04 | Сообщение # 20
Аватара нет
Группа: Удаленные





NataliaBlack, рассказ - просто нечто... cry cry cry applause applause applause applause applause applause applause applause applause applause applause огромное спасибо,что нашла...

Добавлено (07.07.2009, 21:04)
---------------------------------------------
я тоже решила кое-что выложить... этот рассказ нашла моя подруга в контакте, вроде бы... Хотя, это даже не рассказ, а небольшой очерк... что ли... в общем, жду комментариев

Я люблю тебя… Мне кажется, я любила тебя всегда — до всемирного потопа, до сотворения неба и земли и даже до самого времени. И я не устаю повторять тебе это, каждый день вкладывая в эти три простеньких слова сакральные крупинки нового смысла.

Я люб-лю те-бя. Обращённые к тебе, эти звуки удивительно легко слетают с губ, ибо не отягощены смятением, неуверенностью, кокетством, ревностью, страхом утраты, страстью, похотью или жертвенностью. И отнюдь не лукавство, жалость, зависимость или корысть щекочут ими мои млеющие от нежности уста — я просто люблю тебя, и эта нетрудная фраза одинаково сладким нектаром будоражит вкусовые рецепторы языка на всех одиннадцати подвластных моему произношению наречиях.

Я люблю тебя. И по моим жилам бежит солнце. Ты молча заплетаешь мне дивные гладкие косы, и мои неумолимо прямые волосы податливо и мягко вьются огненными языками в твоих пальцах. Позже эти косы распадаются на русалочьи волнистые пряди, пахнущие речной водой и твоей кожей, и несколько дней я хожу по улицам с блуждающей улыбкой, уткнув в них нос, словно старая вымуштрованная пристяжная.

Я люблю тебя… И эта любовь даже отдалённо не напоминает что-то, когда-либо уже случавшееся со мной — никогда ещё во мне так жарко и ласково не трепетало нежнейшее шёлковое пламя при упоминании одного-единственного человеческого имени. Поэтому я никогда не произношу его всуе, мой маленький бог Огня.

Я люблю тебя — без надрыва, без одержимости, без угара, без ненужных обещаний и дежурных клятв. В общепринятом понимании нам никогда не бывать вместе, но это-то как раз и связывает нас крепкой пульсирующей пуповиной, никогда не стягивавшей петлями наших шей. С тобой одним мне доступна непозволительная роскошь — быть беззащитной, быть слабой, быть собой. И просто быть…

Я люблю тебя. Спокойнее и блаженнее всего на свете я чувствую себя в твоей постели. И это признание не заливает краской моих щёк — всякий раз я тихо засыпаю подле тебя, трогательно оберегаемая и лелеемая, в младенческой неге, крепко прижав к устам твою сильную тёплую руку… С тобой я не стесняюсь ни своего обнажённого тела, ни своей обнажённой души — того и другого ты касаешься осторожно, бережно и деликатно, и от каждого твоего короткого мягкого поцелуя в солнечном сплетении закипает новая маленькая смешливая звёздочка, толчками разливающая по мышцам и венам восторженный ласковый воск. И невинную прелесть этого моего некрепкого, но сладостно безмятежного сна не оскверняет даже тень плотского вожделения. И вовсе не потому, что язык моего тела вскормил благословенный остров Лесбос, а огонь твоих чресел пылает в суровой мужской одухотворённости порочно-чистых ликов Содома и рафаэлитов. Ты научил меня жить сегодняшним днём, не смущаясь сиюминутных порывов и ощущений, дал мне другое будущее и совсем иное зрение, не нарушив, однако, целостности даже самой мельчайшей грани моей души.

Я люблю тебя. Я люблю тебя… И как хорошо, что в светлых недрах этой любви нет и ничтожной доли слепящего и опустошающего марева влюблённости. Познавая тебя, я радуюсь и каким-то твоим недостаткам, вернее, своей бесповоротной готовности любить и их…

Когда-нибудь у нас с тобою будут дети — несчастные прекрасные люди с иконописными чертами и ангельскими взорами, зачатые в райской нежности невенчанных. Когда-нибудь… А сейчас я люблю тебя. И недавно крылом невиданной бабочки меня обожгла неожиданная мечта — я хочу, чтобы крошечное влажное существо, которое, пройдя сквозь кровавый ад рождения, выскользнет из моего лона, впервые подняв припухшие маленькие веки, серьёзно и пронзительно посмотрело на меня твоими глазами…

 
Форум » Творчество » Фанфикшн » Рассказы (Сочинения на тему Сверхъестественного)
Страница 1 из 212»
Поиск:

Supernatural93.Ucoz.Ru © 2017-2011